Выбрать главу

Ещё поёживаясь, в коридоре наткнулась на знакомые лица четверокурсников, приятелей организатора и главного танцора. Ноги сами пошли в их сторону.

— … они молодцы большие. Такую программу выдадут! Видел на репетиции, — донеслось до меня, и я прильнула спиной  к колонне, желая услышать, что же ещё про нас они говорят.

Любопытство — не порок, ведь так?

— Дайчи постарался, — подтвердил второй, — гонял сильно, чтобы хоть в этом году вырвать кубок у филологов, а то они своими бальными танцами заколебали. Как специально на журфак себе бальниц набирают.

— И не говори.

Я вспомнила их имена. Влад и Ростик. Приятели Дайчи, которые за глаза, а иногда и в глаза, называют его «япошкой». Как тот не обижается, не знаю. Привык, наверное. Или они просто не приятели, а друзья. 

На лестнице, ведущей на второй этаж, я заметила Аську. Она махнула мне подойти, и лицо её не выражало ничего радостного. Неужели меня обыскались?

— У нас из бальниц только пару человек будет латину танцевать на финале, — продолжал тем не менее разговор Ростик.

— Кто?

— На генпрогоне познакомился с ними, две девчонки, Чегрин и Алфёрова, — Ростик заозирался по сторонам, а затем увидел мою удаляющуюся фигуру и кивнул, — вон. Видишь их? В форме копов. Такие милашки, но с характером.

Влад вглядывался в наши удаляющиеся фигуры.

— Жаль, что мы не на первом курсе, да? — хмыкнул Рос и усмехнулся наивно. — Предложили бы Дайчи вариант станцевать с ними.

— Привет, парни, — сзади послышался голос, и ребята обернулись к нему. — Что, в этом году аншлаг?

Лица четверокурсников вытянулись от удивления.

— Ага, здоров, Илюх, — Влад протянул руку и собеседник крепко пожал в ответ. — Какими судьбами?

— Решил на первокурсниц посмотреть? — Рос тоже протянул руку для приветствия, и Соболев проделал то же самое и с ним.

— Ага, — не стал соблюдать формальности с приятелями Соболев.

— Чё, серьёзно? — Влад перебросился взглядом с другом.

— Ну да, — Соболев сдержался от злорадной ухмылки и просто глянул поверх их голов в сторону лестницы.

Когда я подошла к Аське, она буквально зашипела:

— Ты почему трубку не берёшь? Дайчи тебя ищет.

— Я видела, как он пришёл, так что сразу вернулась, — пожала плечами. — Что он хотел? Мы с тобой готовы к первому акту.

— Найди Доронина. Не знаю, где он ошивается без телефона, — Аська стреляла глазами в ветсибюльную толпу, но безрезультатно. — Дайчи принёс бабочки и подтяжки. Пусть дует за сцену.

Алфёрова, словно фурия, взлетела по ступеням вверх, а я окинула взглядом толпу. Нужно найти Юру, пока Дайчи не сделал из него сашими. Доронин и так нарывался на репетициях, подрывая авторитет японца. У него и так кличка «вечно второй», поэтому этот придурок бил именно туда, вообще не представляя, на какого быка нарывается. Я однажды видела, как Дайчи злится. Ни криков, ни красного лица, ни сжатых ладоней. Он просто сверлит взглядом так, что ты сам хочешь сделать себе сэппуку. И голос такой низкий, словно из преисподней — обычно такой тональности ты не слышишь. Не хотела бы я себе нажить врага в лице Дайчи.

Среди людей внизу не видела никого похожего лицом или затылком на Доронина. Оборачиваясь по сторонам, вылавливала то лица посторонних людей, то Ростика с Владом.

Я не видела, что в этот момент к ним подошёл Соболев, и между ними завязался разговор.

— Так ты ж вроде с кем-то встречаешься, — произнёс непонимающе Влад, — или нет?

— Типа того, — кивнул Соболь в сторону моей спины, — вон с той милашкой, которая с характером.

Парни обернулись сначала ко мне, а потом — к бывшему студенту. В этот момент я как раз посмотрела в их сторону и увидела удивлённые взгляды старшекурсников вместе с довольной ухмылкой Соболева.

Пришёл всё-таки. Не обманул. Даже не опоздал.

Сегодня он был одет как с иголочки даже без своего официального костюма. За время учёбы привыкла видеть его при параде, а вне — абсолютно не представляла, что носит. За лето мы виделись пару раз, в оба из которых на нём были джинсы да футболка. Сегодня Соболев решил не выпендриваться и всё равно привлекал внимание в джинсах, лонгсливе и длинной мантии. Стрит кэжуал в его исполнении казался неким модельным образом, нагло скопированным с подиума.