- Можешь пойти со мной.
Я невесело хмыкнула, но понимала, насколько обидная вся эта ситуация. Мы всей группой, считай, кроме зануды Владика и приболевшей Илоны, решили сходить в пиццерию, а тут – такое бедствие. Мы ведь совсем скоро расстанемся. Блин. И самое обидное, что уже сейчас стали распадаться понемногу. Но во времена, в необходимые моменты единоличной сплочённости, мы сильны, как гроза.
- И это в первый день выхода! – нарочито тягуче гнусавила подруга. – Как так можно?
- И правда, Лер, - подключилась Алинка, которая слышала всё краем уха, отвлекшись от чтения электронной книги. – Может, не пойдёшь?
- Он же тебе пропуски не ставит, в отличие от студентов, - Алиска тоже подключилась меня убеждать остаться и пойти вместе с толпой гулять.
В поле зрения позади подруг как раз мелькнула шевелюра высокого Артёма, и внутри всё ещё противнее сжалось. Он шутил, улыбался, обаял своих собеседников, а мне было понятно, что вот этой прелести из-за факультатива лишусь.
Чёрт.
- Я бы с радостью, вот только у студентов нет каникул, и для них этот понедельник – самый обычный, - я виновато поджала губы, выкидывая из головы образ Тёмы, и складывала вещи после второй пары истории за день.
- Нам что, без тебя идти!?
Анька никак не могла поверить в то, что я, так долго ждавшая этой встречи, где смогу увидеть Артёма вне лицейского официоза и правил, теперь отказываюсь. Конечно, можно было позвонить Лихотникову и соврать, что по какой-то причине я не смогу прийти. Например, меня подгрузили какой-то деятельностью или поставили дополнительные часы истории. Он бы поверил. Можно было не звонить ему вовсе, а потом как-то оправдаться. Но это несерьёзно, на мой взгляд. Всё-таки у нас нормальные отношения, деловые, партнёрские в какой-то степени. Я не хотела их портить своими глупостями и развлечениями. Он в меня столько вкладывал, развивал и помогал. Да даже если я завалю курсач, он всё равно настоит на том, сколько сил было приложено, и выдвинет меня вперёд. Пожурит сначала, конечно, но не оставит недооценённой. Хотя этот протекторат - не то, чем можно и стоит гордиться с моей стороны.
А ещё где-то там, в километре от меня, сейчас шагал старшекурсник Соболев, чьё поведение у меня до сих пор вызывает немой вопрос. Может, он, конечно, прогуливал и далеко не в километре был от меня. Может, он ближе, чем я думаю. А, может, мне не стоит о нём думать вовсе. Пусть детали позабылись, но в голове до сих пор висит непрочитанным сообщением вопрос: почему его настроение тогда в аудитории, когда мы были вдвоём, резко переменилось? Что я такого сказала или сделала, что он внезапно посуровел? И ещё одно: есть ли вероятность, что он намеренно привлекает к себе внимание, заставляя переживать, что я оказалась неправильно понятой.
Всё-таки слишком много думаю. Как и всегда.
Особенно о нём.
Всё.
Эй, ты, а ну нафиг из моей головы!
Мне повезло, что как для первого учебного дня после каникул я была хорошо одета. Ну, на мой взгляд, хорошо. И как повезло… Знала ведь, что мы можем пойти погулять все вместе, а значит, нужно выглядеть презентабельно (для... ну, вы поняли). Я жутко любила эти ботильоны на десятисантиметровых каблуках, которые буквально выпросила у мамы, отчаянно заверяя её, что буду ходить в них. Заношу до дыр. Сотру платформу в щи… Вот и приходится ходить. Ноги, конечно, потом болят, деревенеют за часы подряд в одном напряжённом положении, но зато на каблуках! И красиво подчёркивали силуэт. И пальто красивое тоже. Жёлтое такое, яркое, как солнышко, которого сегодня нам много не досталось. В общем, типичная девочка-девочка. Такая женственная, романтичная, милая… Такая редкость в моём исполнении, но я любила всей душой эти единичные случаи.
Ветер поднимался, а вместе с ним и пыль. В глаза летит, режет, ресницы не спасают. Знаете, в чём минус контактных линз? В том, что ты, пока их наденешь, пока носишь день за днём, глаз свой приучаешь не так рефлекторно срабатывать на чужеродные объекты рядом со зрачком. Вот и в моменты стихии у меня страдают глаза. И что поделать с этим?
Все брёвна – и все в моих глазах. Прям дрова на зиму.