Денис настроен всерьёз, и я поняла, что ответ ему нужен сейчас. И чего решил спросить об этом вообще? Ведь договорились же, что церберы решат после прощупывания почвы наших знаний. Собственно, зачем мы это тогда тут сидим и зубрим с девчонками, если Ефаев решил что-то сам продавить?
Я и сама не знала, смогу ли взять такую сложную тему на доклад, смогу ли ответить на вопросы соперников без помощи остальных. Нет, по правилам турнира отвечать может и вся команда, но в другой регламент. А тот, кто читает доклад, должен ответить на вопросы соперника-оппонента целиком. Сам. Это как битва один на один.
У нас воцарилась тишина, а я не могла втупую двинуться дальше слова “рейхсканцлер” в тексте.
- Конечно, сможет, - разрядил обстановку Артём. - Ведь так?
- Это Лере решать, - тем не менее настаивал Денис. - Я хочу прикинуть темы до того, как Емцов и команда будут гонять нас.
- А ты почему не повторяешь? - внезапно отвлеклась Алина на капитана.
- Больше чем знаю, всё равно не выучу сейчас. Не вижу смысла, - ответил Денис.
Его ответ мне понравился. Мне бы столько уверенности и разумности. А не эта заячья зубрёжка. Да и Инны нет - позор будет не таким фееричным. Хотя одного Соболева мне за глаза хватит.
Дверь аудитории открылась, и сердце пропустило глухой удар. Как и в прошлый раз. Правда, на этот раз без отрубленной куриной головы. Входящие смеялись над какой-то очень хорошей шуткой или историей, и меня немного отпустило напряжение. Но когда показалась фигура Емцова, обернувшегося к тому, кто шёл позади, я снова сжалась. Сердце набирало обороты, и в ушах уже раздавался ритмичный звон. Руки охладели и побледнели. Меня морозило. Анька рядом тоже заметно нервничала. Алина сидела впереди бледнее обычного, но вроде готовая морально отстаивать свои знания. Перевожу взгляд на Дениса, всё ещё стоящего рядом с нашей партой, и тот, судя по всему, чувствует себя так же уверенно, как и до появления церберов. Значит, не напускное бахвальство это его “больше, чем знаю, не запомню”. А Артём… смотрит на меня. С чего это вдруг?
Кивком головы спрашиваю, мол, что такое. Он улыбается и подмигивает.
- Не переживай, - шепчет одними губами и вместе с Денисом идёт занимать места в среднем ряду.
Емцов положил свой кейс на первую парту, открыл и достал какие-то бумаги. А в аудиторию, между тем, зашёл Максим Шевченко. И закрыл за собой дверь.
Соболева не будет?
Не будет? Действительно?
Я выдохнула, и Шевченко наградил меня насмешливым взглядом. Он всё понял и так, а я покраснела, спрятав взгляд в конспект.
- Хватит зубрить, Чегрин, - пробасил он бодро, опускаясь на крышку ближайшей парты ягодицами, - на турнире всё равно больше, чем знаешь, не вспомнишь.
- А где Инна? - Емцов осмотрелся, но вещей Кареевой не было. Мы сидели в аудитории одни и ждали "тренеров".
- Домой ушла. Что-то с дочкой, - ответил Денис с присущей ему простотой. - Она просила передать свои заметки.
Ефаев протянул несколько альбомных потрёпанных листов, а я задумалась над тем, что в будущем, лет через шесть, Денис может стать похожим на Емцова. Серьёзный, но простой, да и доверием Инны, похоже, располагают одинаково. Интересно, насколько много общего у них? Емцов тоже мог бы списать с украденной со стола Валика шпоры контрольную работу вместе со всей группой? Мучила бы его совесть?
Мне действительно полегчало, когда увидела, что не будет Соболева. Отвечала я гораздо расторопнее, да и голова, в целом, работала лучше. Даже внимательные взгляды, особенно Артёма, когда меня спрашивали, не напрягали бы так сильно, как цепкий птах.
Я вышла из аудитории ополоснуть лицо и руки после долгого и тщательного опроса. Мы пережили это, всей командой пережили дотошный отбор и расфасовку по темам. Если такая была тактика на сближение, то она сработала. К слову, кучеренковских воробушков не было. Интересно, как бы они к такому виду экзекуции отнеслись?
Капли стекали по лицу, и я в который раз радовалась, что редко крашусь в лицей. Выглядела, конечно, далеко не лучшим образом, с залёгшими синяками и мертвенно-бледной кожей от природы. Считала, что начну краситься в универе, когда можно будет думать о личной жизни и необходимости учиться общению с противоположным полом. А то я как слепой котёнок в этом. Думаю, вы и так всё поняли, судя по моей реакции на Артёма и вьющихся вокруг него воздыхательниц.