- Зачем так грубо, - вполголоса заметила я осуждающе.
- Он голодный.
- А ты почему тогда не такой мудак, когда голодный?
Я не сдержалась в выражениях и, похоже, хорошо, что кроме Шевченко, меня никто не услышал. Вместо осуждения Максим усмехнулся и пытался подавить рвущийся наружу смех.
- Ты меня ещё не знаешь, малая. Ладно, жди с ними, я приведу голубков.
Шевченко пошёл вытягивать Даниила из режима “романтик года” перед окнами ректората, а я медленно подходила к оставшейся компании. Фокусируясь исподтишка на человеке, который мне нравился, прожигая его взглядом, заметила, что внутри уже ничего не трепещется. Сегодня произнесла его имя без внутренних искр. Сидя рядом в машине были ещё какие-то волновые движения атмосферы, но, даже схватив за локоть на глазах у стольких свидетелей, меня не ударило током так, как было бы раньше.
Соболев, неужели всё прошло к тебе?
Ты не умеешь себя сдерживать. Это ведь всегда было, но я просто не замечала, да? Не хотела замечать, что твой социальный навык – быдлостайл. Пока ты был холоден ко мне, пока привлекал, это просто не бросалось в глаза.
Видимо, всё проходит.
Выдохнув, я взглянула на свои ботинки и стала ковырять ими припорошенный за день снег. Я подошла к Полине и внутренне собиралась с силами, чтобы наконец уйти. Слишком мне было неприятно дышать одним воздухом с тем, у кого нет настроения.
- Он и Элю с собой возьмёт, - вставила ремарку Полина, бросив недовольный взгляд в сторону воркующих голубков, которые в упор нас не видели и не слышали. Или делали вид, ведь эксцентричность Соболева трудно не заметить.
- Ну пусть берёт, хули нам, - бросил в ответ неважно и снова занялся телефоном. - Всё равно не пьёт, мясо не ест. Что есть она, что нет её. Винишком сами насладимся.
- Ты, когда голодный, Соболь, несносный до ужаса. Пока они там поговорят с Шевой, может, по кофе? - Полина немного тряслась в своём пуховике, потому что мы тупо ждали, пока Максим поговорит с парочкой. - Лер, будешь?
- Я, наверное, пойду. Мне домой пора, - мой голос не дрожал, но расстройство всё равно не удалось скрыть.
- Куда тебе? Мы подвезём, - надеюсь, за рулём будет она, а не этот грубиян.
- Мне до автовокзала, а оттуда уже прямая маршрутка домой.
- Хорошо, - Полина завидела как раз возвращающегося Максима. - Шева, душа моя, ты же на машине?
Вообще идеально, если это будет Максим. У Полины взрывчатый характер, наверное трудно быть водителем. Как и Соболеву сейчас лучше за руль не садиться. Не представляю его водителем. Наверное, ужасно рисковый, ругается на дорогах, влипает куда-то вечно. Ни за что не села бы к нему в машину.
- Отлично, - повторила Полина кивок друга и развернулась к Соболеву. - Тогда мы с Шевой подбросим Леру до автовокзала, а ты забери Даню с Элей и заедьте в магаз. Или еду закажите.
- Слышишь, раскомандовалась?! Куда! - пока Максим вскрывал новую пачку сигарет, подруга всё уже порешала, а теперь тянулась стрельнуть одну штучку для закрепления статуса “босса”.
- Слышу. Какие-то претензии, не поняла? - и Полина нагло выхватила из пачки сигарету и вытащила из кармана его куртки зажигалку. - Ты будешь везти двух прекрасных дам и ещё смеешь возмущаться? Охренел, Шевченко?
- Это ты охренела, - влез Соболев и отобрал у подруги ещё неподкуренную сигарету. - А это вредно, брось. Лучше бы ты так на семинарах отвечала, а не “Соболь, прикрой меня”, “Соболь, ответь ты”, “Соболь, скажи, что сказать”.
- Да, я слабая женщина, которая нуждается в крепком мужском плече, - Полина сделала бросок с целью выхватить сигарету из губ Ильи, - и этом антидепрессанте! Да чтоб ты скис, Соболь!
- Нечего тебе курить, - Соболев удачно отошёл, и Полинкин жест отправился в пустоту. - Позвони Боде с Анькой. Спроси, может, они тоже захотят присоединиться. Подберёте их тогда по пути, как Леру высадите.
Я стояла молча, делая вид, что у меня очень животрепещущая переписка с друзьями. На самом деле просто читала сообщения Аньки, которая уже балдела дома, а я торчала в сумерках зимних возле универа. И это бесило. Но когда Соболев обычным тоном произнёс моё имя, пусть и в контексте фразы, я не удержалась и взглянула на него. Они вместе с Максимом курили, и выдыхали дым вверх, потому что лёгкий ветер всё равно бы сносил его в мою сторону. Это что,
забота?
Я упустила тот момент, как они стали курить, и просто не видела, что Максим подал пример другу и кивнул в мою сторону. А Соболев без пререканий повторил. Это же заметила и Полина, но не я. Я в этот момент искренне завидовала Аньке, что она сытая, в тепле и уже полным ходом отдыхает от этого насыщенного дня дома. В отличие от меня.