сплочённость.
Кстати, о них. Выглянув из-за голов одногруппников, я искала глазами знакомые шевелюры или профили. Парней увидела сразу же – они никуда и не прятались. А вот Полину не нашла. Пожалуй, отправилась в медпункт или домой прямиком. Соболев обернулся и поймал мой расфокусированный взгляд, а за ним и Максим в немом вопросе “как ты?” застыл. Я кивнула в ответ и по губам увидела, как Илья что-то говорит, но не могла разобрать, что именно. Это адресовалось не мне, а друзьям явно, однако жаль, что не услышу.
Интересно, о чём они вообще общаются?
В голову пришёл день, когда я поехала с ними в актовый на лекцию академиков. После встречи ребята обсуждали планы на вечер и собирали компанию друзей. Наверное, это действительно круто, вот так встречаться, гудеть, развлекаться в кругу людей, которым доверяешь. Может, это приходит с опытом, но мне действительно хотелось бы как-то побывать на таких тесных дружеских посиделках среди “своих”. У меня, увы, не получается собирать компанию. Нет столько единомышленников, с которыми постоянно виделись бы. Да и просто я не представляю близких мне людей всех вместе – настолько они разные и с трудом сочетаемые, что, пожалуй, единственным связующим звеном, будут наши с ними интересы.
По факту, мне просто страшно.
Выдыхая напряжение и томящиеся мысли, которые буквально закипают в котелке, я направляюсь со всеми на тридцать метров. Галдёж одногруппников не даёт скопытиться и превратиться в прилипший ко дну кастрюли пельмешек, а подруги как-то ненавязчиво бубнят вокруг. Я снова расфокусирована и пытаюсь как-то собрать себя в кучу. Некое ощущение зыбкой почвы под ногами снова холодит затылок.
- Валерия, ты что, геройствовать вздумала? - Труш нарисовался рядом вместе с некоторыми своими подопечными.
- Я же сказала, что буду сдавать нормативы, - упрямо твержу легенду. - У меня другого времени нет.
Заняв стартовую позицию и бросив беглый взгляд на Алинку рядом, сосредоточилась на физруке возле финишной черты. Он по привычке поднял руку, готовый махнуть, когда начнётся отсчёт секунд. Бежать будем вдоль длинной стороны зала, поэтому немудрено, что мы стояли у самих тренажёров, где как раз занимался шестой курс “для чистой профилактики”. Я ещё удивлялась, зачем этим взрослым, самостоятельным людям физкультура в расписании. Им о дипломе нужно думать, а не прохлаждаться в зале. Но, видимо, мне просто-то что-то неизвестно.
После опущенной резко руки, я стартовала, и Алинка, хоть и была легче в весовой категории, а ростом почти с меня, всё равно отставала в скорости. Как говорит опыт, мотивации без соперничества в спорте нет, так что я бежала на условных пределах своих способностей, но восемь и три секунды меня не устроили. Пересдавать, конечно, не буду, да и в группе результат даже некоторых парней обходит, но моему самолюбию от этого не легче.
- Я за тобой пыталась угнаться – даже сдала лучше, - улыбается мне Алина. - Может, ещё что-то так сдавать будем? Ты хороша в спорте.
- Не во всём, - поджимаю губы недовольно, потому что действительно хороша лишь в том, что мне нравится. Но физрукам обычно до этого нет дела. - Люблю спринты и скорость просто.
За лёгкой болтовнёй прошёл остаток пары, переодевание и даже путь в лицей. Прощаться с Максимом, затылок которого видела в вестибюле, не было смысла, ибо и так через пару часов увидимся. Сейчас нужно сосредоточиться на украинской литературе. Я до ужаса ненавижу читать классику, в которой через слово понимаю смысл из-за местных диалектов авторов. Так что этот предмет не был любимым от слова совсем, но из уважения к Иванке я совершала усилия над собой и изучала всё то, что она давала как на парах, так и на наших индивидуальных заданиях.
Всегда чувствовала, что я ей не особо нравлюсь. Даже не так, из-за того, что не хочу следовать всем правилам безоговорочно, я ей не нравлюсь. Но так уж вышло, что некое прозрение меня настигло раньше университета, поэтому я весьма скептически отношусь к правилам, оценкам и установленным суждениям, подвергая всё сомнениям.