- Ты на ногах? Магнитные ботинки работают?
- Нет. Я… я держусь за обрывок какого-то кабеля, но моя рука… я соскальзываю. Я снаружи. – Я отчетливо слышал в ее голосе нарастающую панику, и внутри что-то болезненно кольнуло. Я обязан вернуть ее, чего бы мне это ни стоило, она должна быть в безопасности. – Меня вытолкнуло, и…
- Все в порядке, - снова проговорил я, стараясь убедить и ее, и себя. – Если ты до сих пор за что-то держишься, с тобой все будет хорошо. Твой костюм не поврежден, и если захочешь, можешь провести там еще десять часов, так что не волнуйся.
Того, что произошло в прошлый раз, не повторится. Я не оставлю тебя. Я не позволю тебе умереть.
- Мы совсем рядом, Шепард.
Я рядом, Джена.
- Я не… Черт! – Уровень адреналина в ее крови резко подскочил, и я увидел, как еще один обломок врезался в трубу, отчего та качнулась в месте разрыва.
Все мысли о необходимости сохранять спокойствие вылетели из моей головы.
- Шепард? Джена?
Пожалуйста, будь в порядке, пожалуйста, будь…
- Эта гребаная штуковина едва не стряхнула меня, - прорычала она, и я выдохнул с облегчением. Пока я слышу ее голос, я знаю, что с ней все нормально. С ней все будет хорошо. Должно быть хорошо. Я не мог вернуть ее только чтобы снова потерять.
- Ты все еще держишься? – спросил я, используя свой командный голос, обращаясь к женщине, когда-то бывшей моим командиром.
- Да, но едва, я…
- Забирайся внутрь трубы, - приказал я. – Прямо сейчас. Просунь ноги внутрь, чего бы этого ни стоило.
- Я… я не могу…
- Что за ерунду ты говоришь? – рявкнул я. – Разумеется, можешь. Делай.
До меня донеслось кряхтение, а затем резкий выдох, будто ее ударили в живот.
- Готово! – с трудом произнесла она. – Ладно, я… Думаю, что смогу пробраться дальше. Только… только никуда не уходи.
От ее последних слов у меня в груди потеплело – она сказала их так, как говорила, только когда мы оставались наедине, голосом, по которому я скучал несколько лет. Она доверяла мне достаточно, чтобы признаться в слабости.
- Не уйду, - пообещал я, обнаружив, что улыбаюсь: пусть она еще даже не приступила к миссии, однако сейчас находилась ближе к безопасности. – Как тебе открывающийся вид? – спросил я чуть погодя.
- Ты шутишь? – поразилась она, и я услышал нотки истеричного смеха, и хотя датчики все еще свидетельствовали о сильном стрессе, все показатели постепенно выравнивались. – Куда ни глянь - летающие обломки. – Джена снова резко втянула воздух, и я представил себе, как она перебирается через очередное препятствие и тверже становится на ноги. – Полагаю, геты заметят нас в любую секунду, так что…
- Тебе видно Раннок? – Я видел планету позади дредноута, но вид из космоса всегда лучше, чем из-за стекла. С того места, где стоял я, все казалось нереальным, даже разворачивающиеся перед моими глазами в полной тишине события.
- Я… погоди, да, - медленно ответила Джена, и скорость сердцебиения на моем экране вернулась в норму. – Я вижу его. Он… ярко-синий.
- Синий, да? – ухмыльнулся я.
- Да, а еще фиолетовый. Не дай бог внизу не окажется ничего интересного, - добавила она, судя по голосу, нахмурившись, - я прошла через слишком многое, чтобы спасти эту планету.
- Думаешь, нам придется опускаться на поверхность? – поинтересовался я, чувствуя, как понижается адреналин, однако все еще оставаясь на взводе. Мне всегда удавалось сохранять холодную голову, но невероятно сложно держать себя в руках, когда речь идет о жизни Джены. Я не хотел привыкать к страху, звучащему в ее голосе.
- Да, - выдохнула она, очевидно, все еще пробираясь через обломки. – Обязательно. Если я освобожу эту планету, то хочу с полным правом говорить, что стояла на ее поверхности. И отныне это мое условие для спасения любой планеты. Гаррус определенно задолжал мне экскурсию на Палавен. Ну, или статую.
Я рассмеялся одновременно над шуткой и от облегчения, осознав, что Джена достаточно успокоилась, чтобы шутить. Да, она все еще не до конца пришла в себя, но теперь, когда ей удалось забраться внутрь, ее жизненные показатели были гораздо лучше.
- Как у тебя дела?
- Почти добралась, - ответила она, тяжело дыша. – Но эта штука больше ни на что не годна.
- Хочешь, я приду вместе с Тали? – спросил я, уже зная ответ. – Я буду готов через десять минут.
- Оставайся на борту, - ответила она, - сходи в боевой командный пункт, присмотри за адмиралами, чтобы они чего не натворили. Со мной все будет хорошо.
Я был рад, что она уверена в себе, однако как майор напомнил себе, что всего несколько минут назад она оказалась буквально парализованной последствиями старой психологической травмы. Миссия должна быть завершена, а для этого Шепард обязана приложить все силы.
- Ты уверена?
- Со мной все нормально, Аленко, - заверила она. – Я просто немного… ну, знаешь? разволновалась.
- Ты никогда не волнуешься, Шепард, - тихо произнес я, ненавидя то, что сомневался в ней, но зная, что никто, кроме меня, не осмелится ей перечить. – По крайней мере, не во время миссий.
- Ага, однако я уверена, что являюсь единственным человеком, который помнит, каково это – умирать, - раздраженно бросила она. - И если это не дает мне некоторых поблажек, то я не знаю, что может дать.
Не поспоришь.
- Так это все же был флэшбэк?
- Я… да, - выдохнула она, - думаю, да. Это произошло вскоре после взрыва – мне показалось, что я… снова там. Ничего более сумасшедшего со мной не происходило. – Она немного помолчала, кряхтя пробираясь дальше по трубе, а затем неожиданно спросила: - Погоди, что ты подразумеваешь под «этим»?
- Я слежу за твоими показателями жизнедеятельности, - ответил я, полагая, что для нее должно быть очевидным мое стремление приглядывать за ней. – СУЗИ сообщила мне, что наблюдает необычную мозговую активность, и я попросил ее соединить меня с тобой. Я решил, что сумею вернуть тебя на землю, образно выражаясь.
Шепард саркастично рассмеялась.
- Полагаю, мое тело просто вспомнило, что произошло в мою прошлую прогулку в открытом космосе, когда все вокруг взрывалось. Не думаю, что ему особенно понравилось.
- Но сейчас все не так, - напомнил я снова, - мы все еще здесь, и я не собираюсь никуда уходить.
- Я знаю, - тихо и серьезно ответила она хрипловатым голосом. – Я знаю, спасибо.
Посмотрев на экран, я заметил, что Шепард полностью успокоилась, вернувшись к обычному состоянию абсолютной концентрации на поставленной задаче. У меня не было причин волноваться. Ее личная жизнь – это одно дело, но когда речь шла о миссии, она точно знала, что делает. В конце концов, она занималась этим с тех пор, когда я еще учился в старших классах, и на поле боя чувствовала себя гораздо комфортнее, чем где бы то ни было. Мне с самого начала следовало знать, что с ней все будет в порядке. Позже, я ожидал, она назовет меня идиотом за то, что я волновался, и постарается позабыть обо всем этом эпизоде.
Тогда я скажу ей, что посттравматический стресс нельзя заставить исчезнуть одним усилием воли, и она разозлится и заявит, что никакой травмы не было и в помине, а произошедшее сегодня – мелочь, и не о чем переживать, однако я знал, что это неправда. Из-за своей любви к ней я не стану давить на нее дальше и тоже постараюсь забыть, однако ее голос, полный паники, будет преследовать меня по ночам. Но в этом не было ничего страшного, лишь бы я не тревожил ее сон.
- Я на месте, - неожиданно сказала Джена со знакомой твердостью. – Я у входа, мне нужно только… так, я внутри.
- Все в порядке? – спросил я, не потому что не знал, а потому что мне необходимо было услышать это из ее уст, чтобы начать дышать спокойно.
- Да, теперь гораздо лучше. – Она прочистила горло, словно собираясь с мыслями, и когда заговорила снова, Джена уступила место коммандеру Шепард, коммандос Альянса, женщине, которая расправится с этой миссией так, будто на свете нет ничего проще. – Подсоедини остальных.
- Так точно, - ответил я, выполняя приказ. – Увидимся позже.
Эти слова я часто произносил перед подобными миссиями, потому что не было причины, по которой я не увидел бы ее позже. Что бы ни случилось, Шепард всегда выполняла работу, а за прошедшие несколько лет она многому научилась, что существенно повышало ее шансы на выживание.