До меня донесся звук открывающейся двери, и я знала, кто это. Никто, кроме Кайдена, не вошел бы, не постучав, да и он стал это делать только после моих настоятельных просьб не вести себя, как гость, когда он практически жил в моей каюте. Мы не виделись целый день, будучи занятыми в разных частях корабля, и я не ожидала встретить его до высадки, но, очевидно, он хотел что-то сказать мне, потому что, выйдя из ванной, я обнаружила его с каким-то свертком в руках.
Кайден посмотрел на меня с какой-то странной полуулыбкой, и я вопросительно выгнула бровь.
- Я нашел кое-что, принадлежащее тебе, - сказал он таинственно, - поймал на инженерной палубе.
Кайден раскрыл ладони, и с удивлением я узнала своего хомяка, радостно тыкающегося носом в пальцы. Я понятия не имела, куда он подевался – вернувшись после шестимесячного отсутствия, я обнаружила его клетку пустой так же, как и аквариум. Тогда я решила, что кто-то из ремонтников забрал его себе, но, очевидно, ошибалась. Зверек сбежал, каким-то образом выжил в течение всех этих месяцев и наконец вернулся назад. Как таракан после ядерного взрыва, только с огромными щеками и мягкой рыжеватой шерсткой.
- Я думала, он не пережил реорганизации, - сказала я, наблюдая, как хомяк поднял голову и принюхался.
- Значит, он действительно твой? – недоверчиво переспросил Кайден, стараясь удержать в руках активно исследовавшего кожу его запястий и пальцев зверька. – Я думал, Тали шутит, говоря, что ты будешь рада получить его обратно.
- А что, у меня не может быть домашнего любимца? – спросила я, забирая хомяка из его рук, и в момент касания между нами проскочила искра статического напряжения.
- Просто, учитывая пустой аквариум, я подумал… - Кайден снова посмотрел на меня, задумчиво нахмурившись, будто пытаясь познать некий секрет. Скорее всего, просто старался соотнести мой брутальный вид и тот факт, что я ласково почесывала своего хомяка за ушком.
- Рыбы – это рыбы, - объяснила я, - они лишь плавают с невероятно заносчивым видом и слишком глупы даже для того, чтобы не биться о стекло.
Кайден все еще выглядел неуверенным.
– Я люблю своего хомяка, - заявила я. – Он мягкий, верный и, очевидно, бессмертный. Я и представить себе не могу, как он умудрился продержаться так долго. Наверное, инженерам стоит проверить кабели на наличие следов от зубов.
- И как его зовут? – спросил Кайден, улыбаясь так, что я затрепетала внутри.
- Никак, - неохотно признала я, наслаждаясь, тем не менее, веселым огоньком в его глазах, заставляющим позабыть о том, где и зачем нахожусь. – В космосе не так уж много хомяков, так что я не посчитала нужным выделять его, давая имя, которое он даже не поймет.
- Это… э… - Кайден улыбнулся еще шире, а потом рассмеялся, пораженно качая головой. – С этим не поспоришь. Я никогда не думал об этом в подобном ключе.
- Иногда и мне в голову приходят удачные идеи, - ухмыльнулась я, проведя рукой по бедру и наблюдая, как взгляд Кайдена скользнул ниже, к моей груди, прикрытой лишь бюстгальтером, который он наловчился снимать одной рукой. Он смотрел, неосознанно закусив нижнюю губу, и я знала, что у него на уме. Помимо моей воли, внизу живота потеплело.
Не сейчас, - отругала я себя. Не перед заданием. У нас не было на это времени, а подобное расслабленное состояние плохо отражается на моих рефлексах, и все же, двигаясь по каюте, я чувствовала на себе его взгляд. Кладя хомяка назад в его бокс, я потянулась, демонстрируя каждый дюйм своего тела и представляя, как Кайден смотрит. Я знала, какой властью обладаю над ним, и мне это нравилось.
Этим утром меня разбудили не руки и губы Кайдена, а сообщение о том, что Андерсон на связи. Разумеется, к тому моменту, как я вернулась в свою каюту, Кайден уже приступил к работе, и у нас не было времени ни на что, кроме кратких касаний рук, когда мы встречались в коридорах. Даже прошлой ночью я заснула, как только моя голова коснулась подушки, и сегодняшний день тянулся невероятно долго. Я знала, что обладаю повышенным аппетитом в том, что касается секса – это являлось одним из оснований, по которым мне так нравилось работать с Кайденом, а учитывая его ускоренный метаболизм, то же самое можно было сказать и о нем, поэтому, обернувшись и видя, как он делает шаг ко мне с этим блеском в его темных глазах, я нашла крайне сложным вспомнить о причинах, по которым мы не могли…
Его руки обвили мою талию, одним движением притянули меня ближе, и как только наши губы соприкоснулись, я открыла рот навстречу ему. Сердце с силой стучало в груди, внутри разливалось тепло, а Кайден все целовал меня – глубоко и чувственно, лишая дыхания и заставляя колени подогнуться от слабости.
Спустя некоторое время он отстранился, все еще касаясь своим носом моего, и, открыв глаза, я удовлетворенно заметила, что его лицо раскраснелось так же, как, несомненно, мое. Двинув бедрами, я почувствовала, что он уже возбужден; Кайден застонал. Я попыталась подсчитать, сколько времени у нас есть, но когда его пальцы прижались к моей спине, мне стало все равно. Я снова поцеловала его, теперь буквально сгорая от желания.
- Внимание, группа высадки и экипаж челнока, - донесся голос СУЗИ откуда-то с потолка, и меня как будто окатили холодной водой. – Ориентировочное время прибытия в Гриссомскую академию – 15 минут. Пожалуйста, будьте готовы.
- Черт, - выругался Кайден.
- Да уж, - согласилась я, дрожа от разочарования.
Сверху донесся писк хомяка, и я рассмеялась и потерлась носом о нос Кайдена.
- Значит… поговорим позже? – прошептал он; эта фраза превратилась в кодовое значение для «наверху через 10 минут», пока мы находились на корабле.
- Однозначно, майор, - промурлыкала я, неохотно отстраняясь и, лукаво решив помучить его еще чуть-чуть, медленно сняла спортивные штаны и неторопливо направилась к ожидавшему меня боди. Оглянувшись, я увидела, что Кайден не сводит глаз с моей спины. Через мгновение он заметил, что я смотрю, и, ответив строгим взглядом, резко развернулся и направился к выходу. Я широко улыбнулась, сожалея лишь, что времени на холодный душ уже не осталось.
Я натянула боди, игнорируя все еще горящее внизу живота желание, и глубоко вздохнула, стараясь успокоиться перед ожидающей миссией. К тому моменту, как я надела защитные перчатки, мой «голод» практически утих, оставив после себя только некое волнение, которое, в идеале, должно будет исчезнуть прежде, чем мы начнем высвобождать академию из цепких пальцев «Цербера». У нас еще будет время на это… позже. Мы найдем время.
************
Сама операция оказалась чертовки удачной. Наше прибытие стало для врагов неожиданностью, и вместе с Гаррусом мы буквально смели с пути их отряды. Биотические способности Кайдена позволяли ему одновременно прикрывать щитами курсантов и обеспечивать нас с турианцем удобными мишенями. Встреча с Джек приятно удивила, особенно учитывая, как сильно она изменилась в лучшую сторону, пока я сидела взаперти. Учительская деятельность определенно была ее делом, но я не нашла в этом ничего странного, прекрасно зная, что происходит, когда эмоционально нестабильному, много пережившему убийце дают что-то, о чем он может искренне заботиться. Я обратила ее внимание на то, что она повторила мою стрижку, и Джек заявила, что на ней она смотрится гораздо лучше. С этим я не могла спорить.
Она напустилась на Кайдена – один невероятно сильный биотик на другого – и он спокойно поставил ее на место с уверенностью того, кто прекрасно знает, что именно он здесь главный. Они являлись полярными противоположностями, но оба были очень, очень искусными. И пусть Джек никогда не имела возможности и времени, чтобы достичь его звания, она уважала нового Спектра человечества за это. Кайдена отличали его самоконтроль и инстинктивное знание, когда обождать, а когда бросаться в атаку – знание, ставшее результатом многих и многих лет строгой дисциплины. Джек получила шанс убедиться в этом сама, когда удерживаемый ею барьер стал рушиться под вражеским огнем, и Кайден вдруг оказался рядом, сметя церберовцев шоковой волной и создав свой барьер перед ее, помогая курсантам сбежать, пока мы с Гаррусом расправлялись с подкреплением. Джек присела на корточки, чтобы перевести дыхание, и с недоверием посмотрела на меня, будто взглядом спрашивая, где, черт побери, я нашла этого парня?