************
Шепард
Он выпрямился, приковывая мое внимание к своей сильной, с рельефной мускулатурой спине с отчетливо выделяющимися на коже шрамами; резкие тени лишь подчеркивали его красоту. Неторопливо я скользнула взглядом вдоль его позвоночника к плечам, а затем, когда Кайден обернулся, еще выше и заглянула в его глаза. Сердце томительно сжалось в груди. Он был полностью обнажен, и его тело выглядело так, словно его высекли из мрамора. Я знала каждый шрам, каждую веснушку на его коже, каждый изгиб, и все же до сих пор мне казалось, что я вижу его в первый раз.
«Ничего удивительного, что я влюбилась в него, - подумала я. – Невозможно было находиться рядом на протяжении всего этого времени и не поддаться его чарам. Он совершенен».
Виски, слегка разбавленное водой, золотым огнем плескалось в стаканах, которые Кайден держал в руках, приближаясь ко мне, но я смотрела только на него, замечая каждое движение. Ничуть не смущаясь, он устроился рядом и протянул мне напиток. Сейчас мне хотелось быть как можно ближе к нему, так что я забралась к нему на колени, и он обнял меня, заставляя чувствовать себя крошечной, защищенной, спокойной. На языке вертелись слова, грозившие сорваться в любое мгновение – слова, которые прежде я произносила лишь про себя, и сейчас время представлялось правильным, чтобы сказать их вслух, но стоило мне открыть рот, как сердце вновь сковал страх. Я глубоко вздохнула и отдалась во власть чувств. И пусть обстановка не была идеальна, но весьма близка к этому, и уж точно лучше, чем то, с чем мы столкнемся завтра.
Одеяло скомканной массой лежало в ногах кровати – свидетельство нашей страсти и нетерпения, и сейчас Кайден накинул его на плечи, укрывая и меня, чтобы защитить от холода наши разгоряченные тела. Не говоря ни слова, мы чокнулись стаканами и выпили – за нас двоих, за войну, за битвы прошлые и те, что еще ожидают впереди. За то, что мы до сих пор живы. Виски обожгло горло, но на вкус было так же хорошо, как и на вид.
Я засунула слова «завтра» и «страх» в самый дальний уголок сознания и откинула голову Кайдену на грудь, вдыхая его запах и наслаждаясь каждым мгновением. Он поцеловал мои спутанные волосы и переплел пальцы наших рук, и почему-то именно этот момент показался мне самым откровенным из всех, что у нас когда-либо были.
Мы не нуждались в словах, не после стольких лет и пережитых вместе событий. Не тогда, когда мы оба отдавали себе отчет в том, что стояло на кону.
Я сделала еще один глоток и ощутила волну тепла, прокатившуюся по моему телу от головы до пальцев ног. Взглянув вверх, я увидела мерцающий свет мириад звезд, и мне захотелось навсегда запомнить это чувство.
- Джена, - позвал Кайден, нарушая относительную тишину, состоящую из монотонного шума двигателей, и мне вдруг стало неуютно. Может быть, дело в той тревоге, что прозвучала в его голосе. Может быть, потому что я понимала: ничто из того, что он скажет, не сделает завтрашний день проще.
- Что? – отозвалась я, не двигаясь, не выдавая страх, вновь зашевелившийся глубоко внутри.
- Мне нужно кое-что сказать тебе перед… - он на мгновение засомневался, словно боялся сказать что-то не то, - ну, ты понимаешь, перед завтрашним днем.
Он не зря старался быть осторожным, но это не сработало. Я знала, что мы подошли к концу, и часть меня настаивала, что этот конец начинается прямо сейчас, что все мои попытки отсрочить его, выкинуть из головы, потерпели неудачу. Я думала, мы не нуждаемся в словах, и без них понимая, что означают для нас наши отношения – возможность возвращаться к кому-то по вечерам, возможность переживать о чем-то, что не было войной или смертью. И сейчас, сильнее, чем когда-либо прежде, мне не хотелось думать о том, что повлечет за собой завтрашний день.
- Валяй, - сказала я, и мой голос прозвучал легко и обыденно. Я сделала еще один глоток, но руки Кайдена согревали меня гораздо лучше, а его пальцы, поглаживающие мою кожу, убеждали расслабиться.
- Я… - неуверенно начал он, и, видя его волнение, я и сама начала нервничать. Но затем Кайден рассмеялся – я ощутила вибрацию всем телом – и снова поцеловал мои волосы. – Я люблю тебя, - прошептал он; сердце замерло у меня в груди. – Всегда любил, многие… многие годы и никогда не переставал. Ты ведь знаешь это? То есть… я прекрасно понимаю, что не всегда вел себя соответственно, немало времени у меня ушло на то, чтобы осознать это самому, но…
- Я знаю, - перебила я его вдруг, удивив саму себя. – Я… я знаю, что любишь.
Но это было ложью, или?.. Конечно, я на это надеялась, но если бы на самом деле знала, его слова не произвели бы на меня такой эффект, мое сердце бы не колотилось так, словно я только что пробежала марафон, способность рационально мыслить не отказала бы мне.
Разумеется, то, что Кайден только что сказал вслух, также лишило меня последних сомнений в том, что я до беспамятства влюблена в него. Я не могла вспомнить время, когда не любила его; казалось, он всегда был рядом.
Я считала, что точное знание даст мне чувство уверенности или даже умиротворения, но вместо этого я ощутила… ужас.
Вдруг все стало совершенно реальным – этот крошечный мирок, в который я сбегала всякий раз, чтобы побыть с Кайденом наедине и не думать ни о чем другом, стал реальным. Все это происходило на самом деле, а завтра…
Завтра я могла лишиться всего.
До того, как эти слова сорвались с его губ, моя любовь к нему, а также все, что происходило между нами, представлялась чем-то абстрактным, вроде сна – столь же мимолетна и прекрасна именно из-за своей кратковременности, что заставляло меня наслаждаться каждым редким моментом спокойствия. А теперь… теперь я чувствовала себя так, будто меня предали, обманули, потому что наши отношения не могли оказаться временными, они должны длиться вечно, ведь я не была уверена, как жить дальше иначе. Это не может быть правдой, завтрашний день не может оказаться последним. Я не могла найти это счастье, эту радость только для того, чтобы снова лишиться всего – как и происходило неоднократно прежде, только на этот раз все будет гораздо хуже, потому что Кайден был не какой-то моей идеей, а настоящим человеком со своей жизнью, желаниями и мечтами. Я любила каждую грань его, а сейчас, узнав, что он любит меня тоже, не могла больше притворяться, что не отдам что угодно ради хотя бы еще одного дня вместе с ним.
Но это было не в моих силах. Через семь коротких часов нам придется облачаться в броню, осознавая, что один из нас (или же мы оба) не вернется назад. Нам и прежде не особо везло, но стоящая перед нами сейчас задача представлялась мне стометровой стеной, через которую мне предстояло перебраться в одиночку и без всякого снаряжения. Даже я не всесильна.
- Что случилось? – спросил Кайден с тревогой, и, подняв на него взгляд, я заметила, что он хмурится. Глаза щипало от непролитых слез, а я даже и не заметила.
Он сказал, что любит меня, а я ответила лишь «я знаю». Я повела себя, как последняя сволочь.
Однако я до сих пор не знала, что же мне делать. В голове царил полный хаос.
Я уткнулась лицом ему в шею и как можно крепче прижалась к нему, стараясь без слов показать свои чувства, потому что язык отказывался мне повиноваться. Казалось, каждый раз, открывая рот, я несла какую-то околесицу.
- Ты – самое лучше, что есть в моей жизни, - произнесла я наконец тихо, стараясь не думать про его слова, и закрыла глаза. – Никто и ничто не сравнится с тобой. Только ты.
Я говорила правду. Это являлось истиной, непреложным фактом, и об этом я могла говорить с уверенностью. Конечно, мне встречались и другие люди, невероятно много делающие ради меня, например, Андерсон и члены моей команды. Но ни один из них не добился того, чего Кайден достиг, не прилагая никаких усилий. Он подарил мне что-то, ради чего я готова была умереть, заставляя в то же время бояться смерти. Он сумел пробраться внутрь крепости, что я возвела вокруг себя, и теперь находился рядом со мной, будто всегда там был. Я не понимала, как это возможно, не знала, что это. Но теперь я осознала, как другие люди проводили всю жизнь вместе с кем-то. Никто не мог чувствовать то же, что и я сейчас, потому что никто не пережил то, что пережила я, не потерял столько, сколько потеряла я, и не нашел того, что нашла я. Но Кайден сидел рядом и говорил мне, что разделяет мои чувства.