– Нет, то, что ты не меняешься – она опять заметила на его лице непонимание – ну, какой ты есть в жизни, такой ты и в постели, спокойный нахал с колкими шуточками.
– То есть это то единственное, что ты обо мне поняла и что тебе понравилось? Злобный маленький нахал, м-да, хорошее я произвожу, однако, впечатление – с наигранной грустью ответил Ник.
– Нет, человек, который имея всю власть над чужим телом, остается всё тем же безобидным придурком, не строит из себя героя-любовника, не меняет тембр голоса на томно-постельный, не боится спросить – она остановилась, изучая лицо Ника.
– Этого я о себе не знал – спокойно ответил он, что-то хотел добавить, но снова плотно сжал губы.
– Ну что? – не терпелось Анри, она видела, как рот его едва приоткрылся, но слова где-то будто застряли.
– Ты странная – Анри закатила глаза.
– Мог бы и мне что-то приятное сказать, но нет, я просто странная, класс – она захихикала, Ник снова повернулся в её сторону – А ты ведь хотел отдать меня за Марка. Ты бы спокойно жил с мыслью о том, что я с ним в одной постели? – голос её изменился с веселого на строгий.
– Если бы ты была в безопасности, да, смирился бы – взгляды встретились, Анри почувствовала легкую обиду и отвернулась – думаешь, я когда-то мог предположить, что ты будешь со мной? – он придвинулся ближе к ней – думаешь, я мог представить нас с тобой в одной постели? – голос его дрожал – думаешь, я мог допустить мысль, что прикоснусь твоему телу, услышу твои стоны, почувствую вкус твоих губ? – он тряхнул головой, будто скидывал какие-то глупости, витавшие в мыслях – нет, я просто тихо любил и всё – Анри задыхалась от слёз, она незаметно протерла лицо, пытаясь не растрогаться от этих слов – знаешь, когда ты меня вела в кабинет Марка впервые, ноги болели адски, но я думал «Ник, не смей показывать, что тебе больно, она же увидит, подумает, что ты слабак» – Анри засмеялась, она не верила, тогда он казался злым и опасным – вот не смешно, знаешь как больно было, а ты так бежала, что я едва успевал – он улыбался – а потом, ночью я проснулся, а ты спишь на соседней койке, подумал сон, но ты встала. Ты была там, мне же не показалось? – Анри кивнула, не поворачивая головы, чтобы он не видел её слез – а когда в ангаре вы с Мари шутили, ну там, насчет Марка, какие-то пошлости – он замолчал, не привык так открываться людям, а потом мысленно махнул на всё рукой – ты сказала, что мол со мной могла бы, мне это тогда польстило. Только на западном я вспомнил, что ты то точно должна знать, что я всё слышу и тогда совсем запутался. А ты ещё подходишь, говоришь со мной там, а там нельзя, а я не знаю, что делать, хочется поговорить, хотя бы две минуты, но нельзя и ты избегать меня стала. Потом госпиталь и ты ни разу ко мне не подошла, даже не проверяла, даже не смотрела, а потом спасла. Тогда я понял, что всё не так просто, как кажется. Появились подозрения, надежды – он тяжело вздохнул – и страх. Страх был и до западного, но после твоего ранения, он стал реальнее, я осознал, что ты можешь погибнуть там, если я ничего не сделаю – Анри повернулась к нему, глаза были красные от слез, Ник заметил это и насторожился.
– Да, я знала, что ты слышал, не люблю убогих обижать – она захихикала сквозь слезы, и Ник улыбнулся.
– У тебя всегда такое тормознутое восприятие? – Анри засмеялась и толкнула его в плечо – было тяжело склонять Марка к этой идее, нет он сам об этом думал и раньше, тяжесть шла от другого, что никогда больше не смогу говорить с тобой как раньше. Брак и всё, ты будешь словно за стеклом, смотреть можно, трогать нельзя. Прятался от тебя по всему корпусу, лишь бы не видеть, лишь бы не думать. Я тогда мечтал вернуться на фронт поскорее. А потом ты отказала, и я сорвался, ненавидел тебя, страшно ненавидел, что не слушаешь, что делаешь всё наперекор, не знал, не думал – он посмотрел на Анри, слезы застилали её глаза – я ведь правда не знал, что ты ко мне чувствуешь нечто большее, чем просто дружбу. Всё бы отдал, чтобы ты была сейчас там, на той стороне, в безопасности.
– Даже меня в чужие руки – с усмешкой добавила Анри.
– Теперь уже нет, теперь уже никому не отдам, слишком поздно, слишком упертая – он подложил руку под голову – но повторись всё снова и знай я о том, что у меня есть шанс быть с тобой этой ночью, всё равно бы пытался женить тебя на Марке – Анри улыбнулась, но заметила, что лицо Ника было серьёзное, он не шутил».
Мысли Анри прервались осторожным стуком в дверь. Она подняла голову из-под одеяла и не моргая смотрела на дверь. Сандро быстро прошёлся по прихожей, приоткрыл дверь. Двое шептались около пары минут, потом Сандро подошёл к постели Анри. «Началось» подумала она.