– Конечно, я тебя слышу, – тихо отозвался Чиун. – Кончай никчемную болтовню и скорей принимайся за дело! Ты должен вызволить нас отсюда!
Он почувствовал, как над головой задвигались камни. Римо действовал как по нотам.
Огромный валун в руках старца задрожал; в воздух взвилась тонкая струйка пыли, и Чиун ощутил песчинки на своей пергаментной щеке.
– Только не торопись, – пробормотал Чиун про себя.
Каждый вздох, каждое биение сердца должно быть точно выверено. Одно неверное движение, и они навсегда погрузятся в небытие. Но Римо не подведет. Чиун твердо знал это, и вера в Римо делала камень легче.
– И как это Римо нас нашел? – тихо спросил Уолфши.
– Иначе он не был бы Римо, – ответил Чиун.
После долгого молчания индеец произнес:
– Должно быть, очень приятно, когда знаешь, что где-то есть человек, на которого можно полностью положиться.
– На то и даны сыновья, молодой человек.
В голосе Чиуна звучала нежность.
Сын. И так будет всегда.
– Сын, – прошептал старый кореец про себя. Он знал, что есть слова, которые надо ощущать сердцем, но никогда не стоит произносить вслух.
Глава десятая
Майлс Квантрил сидел в вертолете, облетавшем южный склон горы.
– Развернитесь, – приказал он пилоту. – И спуститесь пониже.
Пилот кивнул, снижаясь и делая круг над безлюдным, развороченным склоном. Его руки, манипулируя рычагами, дрожали. Он всегда нервничал, когда приходилось летать с мистером Квантрилом.
– Что здесь произошло, черт побери?
Квантрил прижался лицом к плексигласовому окошку.
– Похоже на горный обвал, сэр, – ответил пилот.
– Сам вижу, придурок. Но как это произошло? И почему?
Пилот закусил губу.
– Не могу знать, сэр.
Квантрил почувствовал, как при виде гигантского скопления камней и земли, искореженных и поломанных деревьев, неестественно торчащих из земли валунов в нем закипает ярость. Зрелище было необычным, а Квантрил не любил сюрпризов. Он считал, что на свете должно происходить лишь то, что наметил он сам. А когда все же случалось иначе, чувство собственного бессилия буквально выводило его из себя.
– Летим в монастырь, – скомандовал он.
– Слушаюсь, сэр, – поспешно ответил пилот.
Может, когда они приземлятся, мистер Квантрил выместит злость на ком-нибудь еще?
Вертолет опустился на крышу монастыря. Пилот заглушил двигатель, но Квантрил не спешил выходить, а сидел, тупо глядя вперед и вертя в ухоженных руках тонкую золотую ручку.
– Сэр, мы прилетели, – напомнил ему пилот.
Майлс Квантрил повернулся к нему.
– Этот факт от меня не укрылся, – раздраженно ответил Квантрил и постучал ручкой по колену. – А знаете ли вы, что я испытываю, когда приходится отклоняться от хорошо разработанного плана?
Пилот судорожно сглотнул.
– Никак нет, сэр, – проговорил он, внезапно чувствуя, что попался в ловушку.
– Мне хочется кого-нибудь убить. Даже не важно кого. Мне это просто необходимо, чтобы несколько успокоить ярость. Я верю, что это может успокоить. А вы?
Пилот вытер пот со лба.
– Мистер Квантрил, у меня семья. Жена и четверо ребятишек.
– Какое мне дело до вашей семьи?
Пилот промолчал.
– Вообще-то, если вы в течение тридцати секунд назовете уважительную причину, по которой не следует вас убивать, то я вас отпущу.
И мистер Квантрил улыбнулся.
Он просто шутит, иначе и быть не может, успокаивал себя пилот. И все же никак не мог унять дрожь в руках. Виниловое сиденье под ним было мокрым и липким от пота, в горле пересохло.
– Все это... это очень забавно, сэр. – Он выдавил из себя слабую улыбку.
Квантрил залез в карман своего белого льняного пиджака и достал револьвер, сверкающий хромом и перламутром.
– Двадцать секунд, – сказал он, улыбаясь в ответ.
– Но я пилот! Этого достаточно. Я пилот. Если вы меня убьете, то не сможете улететь обратно в Санта-Фе.
Следующие несколько секунд показались пилоту самыми долгими в жизни.
– Отлично, – произнес наконец Квантрил. – Вы назвали причину. Не раскисли в трудный момент. Вы хороший солдат.
Пилот с облегчением закрыл глаза.
– Однако, к несчастью для вас, – продолжал Квантрил, – взводя курок, – я сам дипломированный пилот. Вертолеты и легкие самолеты. Ваше время истекло.
Раздался выстрел.
Дверца вертолета распахнулась, и тело пилота выпало на крышу. В следующий момент Квантрил небрежно перешагнул через труп и направился к строю солдат, замерших в приветствии.
Дик Бауэр отдал ему честь, не обращая внимания на истекающего кровью пилота.
– Что это за завалы там, внизу? – первым делом спросил Квантрил.