Спустя неделю они двинулись в путь. Якоб радовался новым впечатлениям, находясь у дяди Юлиуса и тети Анны, как он их теперь называл, и почти не переживал из-за расставания с родителями.
Их путь лежал на север по густо заросшим берегам реки Уругвай до города Пайсанду. На аргентинской стороне, в городе Колон, Кларисса и Роберт купили верховых лошадей. Путешественники ночевали на постоялых дворах или маленьких ранчо, которые встречались им на пути, иногда просто под открытым небом, к чему они привыкли быстрее, чем могли подумать. Иногда их путь лежал через рощи пальм ятай, но очень часто заросли колючего кустарника заставляли их делать крюк. На равнине им встретились деревья тала, потом снова протянулись кукурузные поля. Часто вдали появлялись громадные стада коров. По берегам реки можно было наблюдать капибар, выдр, нутрий и различных птиц.
Путешествие давало много времени для раздумий. Некоторые темы супруги обсуждали, какие-то мысли оставляли при себе. Кларисса размышляла над тем, к кому лучше всего обратиться, чтобы, не привлекая внимания, узнать что-нибудь о родителях и доне Хорхе.
Однажды ночью, когда они почти достигли цели, Кларисса не могла уснуть и вспомнила об одном эстансьеро, доне Фернандо, с которым дон Хорхе рассорился из-за источника. Сама Кларисса порой встречалась с Эстефанией, застенчивой молодой женой дона Фернандо. Может быть, он сможет им помочь?
«Странно, – подумала она, – почему я так долго не вспоминала об Эстефании! А ведь нас можно было назвать почти подругами».
– Ты такая задумчивая, – произнес Роберт в следующий вечер, когда они сидели у костра.
Эту ночь они вновь проводили под открытым небом. Они оба похудели. Мускулы проступали, лица сильно загорели, несмотря на то что они носили шляпы. С каждым километром, который приближал их к Санта-Ане, Кларисса становилась все задумчивее и осторожнее. Она смотрела на костер, наблюдала, как танцуют языки пламени, и слушала, как потрескивают раскаленные докрасна угли, выбрасывая вихри искорок.
– Мы скоро приедем, – просто произнесла она.
– Да, я знаю, – ответил Роберт.
Она видела, как муж взял палку и стал шевелить угли. Снова взвились снопы искр. Костер потрескивал. Кусочек деревяшки перекатился через обгорелый сук в сердце костра и исчез в пламени. Неужели ее нервозность передалась мужу?
Кларисса вздохнула и подтянула ноги еще ближе к телу. На протяжении всей поездки она не носила корсет и наслаждалась свободой движений. Собственно, она больше не могла представить, что когда-нибудь сможет надеть его снова. Без него дышалось легче. Но, конечно, не это занимало ее мысли. Она страстно желала встречи с родителями и одновременно ужасно этого боялась.
Кларисса ничего не могла с собой поделать. Снова у нее в голове роились мрачные мысли. Она не могла сконцентрироваться. Прошел еще один длинный день. Вероятно, она просто слишком устала. Вспомнилось, как в прошлую ночь им с Робертом пришлось ночевать на бильярдном столе, потому что все кровати на постоялом дворе оказались занятыми. Есть там тоже было нечего, но Роберту удалось подстрелить двух куропаток. Поджаренные на костре, они были фантастически вкусными. Вскоре после этого Роберт с Клариссой узнали, что комнату, в которой они ночевали, во время последней эпидемии холеры использовали как морг. Почти все население деревушки унесла страшная болезнь. Кларисса все время задавалась вопросом: сколько же здесь жило человек? Сколько мужчин, женщин и детей лишились надежды?.. Жизнь может быть ужасной. Последние дни выдались очень напряженными. Она больше не смогла сдерживаться и разрыдалась.
Роберт выронил ветку, которую хотел было подбросить в костер, подошел к жене и обнял ее. Кларисса всхлипывала. Как хорошо было чувствовать его прикосновения. Она пыталась не думать о том, что ждет их в ближайшие дни, но не могла отделаться от этих мыслей:
«Что я буду делать, если дон Хорхе убьет и Роберта? Что я буду делать, если у меня отнимут и мою вторую любовь?»
Когда она наконец заснула, ее лицо было мокрым от слез.
Как всегда, когда они ночевали под открытым небом, Роберт и Кларисса проснулись рано, потом ехали весь день напролет. Вечером вдали послышались раскаты грома. В последние дни часто собирались грозовые тучи. Местные в пульперии, куда они зашли, чтобы раздобыть еды, рассказали незнакомым путешественникам о сильной грозе, разразившейся неделю назад, о граде размером с гусиное яйцо, который наделал много бед и даже забрал несколько жизней.
Кларисса остановила лошадь и огляделась. Роберта, который хотел подстрелить на ужин зайца, нигде не было видно. Она взглянула на горизонт, где поднимались темные тучи. Временами из-за них показывалось и снова пропадало заходящее солнце, окрашивая окрестности в багровые цвета. С одной стороны, Клариссу завораживала эта картина, с другой – она опасалась грозного зрелища.