Вика вздрагивала каждый раз, когда видела эту голову в углу.
— Ладно, статую разрушили — они все разрушили. Ладно, голову откололи. Но зачем пол-лица обглодали?
— Это памятник жертвам, Вик, он такой и был, — оторвала взгляд от книги Марина Олеговна.
Она только тем и занималась в группе, что пыталась читать здоровенную книгу в кожаном переплете. Этот старинный фолиант забрали из демонического зала.
— Марина Олеговна, как успехи? — спросила Лена.
Она давно хотела спросить, но стеснялась отвлекать, ждала, пока Марина Олеговна прервется сама.
— Тяжко, Леночка. Тут на древнегерманском, а я и современный немецкий как-то подзабыла. Он у меня в институте вторым языком был, а в школе я только английский преподавала. Кстати, я вам рассказывала, что Серёжа был в старших классах моим учеником?
— Ого! Надо же… Как неловко, — откликнулись подруги.
— Не этой информации мы от вас ждали, Марина Олеговна, — заулыбалась Лена и покраснела.
— По оружию против тварей нашлось что-нибудь? — серьезно спросила Ира.
— Вот здесь, — Марина Олеговна пролистнула назад, — смотрите, самая затертая страница. Здесь про то, как пленить демона: соляной круг, символы, заклинания. Правда, нужна кровь девственниц, как мы помним…
— Не пойдет, листайте дальше.
— Вот здесь вроде про меч, убивающий тварей. Описан ритуал изготовления, надо закалять в крови девственниц…
— Нет. Дальше давайте.
— Здесь какая-то святая граната: селитра, уголь, сера, соль священной земли, кровь девственниц…
— Да сколько можно!
— Эту книгу точно мужики писали! — не выдержала Вика.
— Девочки, послушайте!
Ира наступила ногой на отломанную голову сфинкса. В руке она сжимала копье. Луч солнца блестел на клинке ножа, примотанного скотчем к ручке от швабры.
— Подруги! — провозгласила она. — Никаких больше девственниц! Никаких больше жертв! Посмотрите сюда, — копьем она постучала по отломанной бронзовой голове, — памятник жертвам разрушен потому, что мы больше не жертвы!
— Да!
— Мы — отряд Дэ! Мы не будем валяться в углу с обглоданными лицами — мы сами кому хочешь рожи обглодаем!
— Да!
— Мы избавились от одних уродов не для того, чтобы нас сожрали другие! Будет и на демонов управа! Найдем тех, кто сможет нормально перевести эту чертову книгу, без обид, Марина Олеговна. Добудем оружие против тварей! Соберем людей! И отправим мразей прямиком в ад!
— Да!
— Хватит так орать — набегут, — спохватилась Ира.
— Да! — прошептали хором радостные подруги.
Порыв свежего ветра унес их шепот в Неву, над набережной завальсировал пакет, а со стороны Васильевского острова показалось первое васильковое облако.
Александр Подольский
Фотограф
Под новогодней елкой прятались коробки с подарками. Ждали детей. Ползущая по веткам змея-гирлянда мигала разноцветными лампочками, и вспышки отражались в стеклах игрушечных шаров. На полу, терзая бумажный бантик, бесновался котенок. Серым комочком он катался по ковру, не выпуская добычу из лапок. Зверек довольно фыркал и ворчал, притворяясь настоящим тигром.
Когда мифическая птичка должна была вылететь из объектива, котенок потерял интерес к игре и устремился прочь, привлеченный возбужденными голосами. Фотограф улыбнулся, глядя на неудавшийся кадр. Маленький проказник не оставил там даже кончика хвоста.
Зато вошедшая в гостиную женщина на снимке получилась очень красивой. Радостное лицо, стройная фигура в праздничном платье, волна ухоженных волос. Даже на замершем изображении ее глаза светились счастьем. Гость пропустил хозяйку к столу и шагнул дальше. Ему оставалось сделать еще три фотографии.
Отец семейства, в спальне воюющий с пультом от телевизора, не услышал щелчка затвора. Как и не заметил никого в комнате. А кусочек чужой жизни нашел пристанище в глубинах фотоаппарата, с которым не расставался гость.
Девочка с белокурыми косичками строила рожицы старшему брату. Тот до поры до времени делал вид, что ничего не замечает, но потом не выдержал и изобразил на лице забавную гримасу. Сестренка, вылитая мать-красавица, зашлась хохотом, едва не подавившись шоколадной конфетой. Брат шутливо пригрозил девочке пальцем. Фотограф посмотрел на паренька, и тот на мгновение помрачнел. Огляделся по сторонам, будто искал что-то. Во взгляде мелькнул страх. Однако наваждение быстро ушло. Паренек улыбнулся и бросил в сестру фантиком. Довольный попаданием, показал ей язык. Таким он и застыл в кадре.