– Как стеклотару?
Подошли к борту катера.
– Что вы там делали? Кокосы пинали?
Мужчины переглянулись и засмеялись. Матрос кивнул Двурукой:
– Точно. Четыре-ноль в пользу "Лагуны".
Запрыгнув на палубу, матрос просунул флешку в окно:
– Датч, ключ к торпедам возьми. У вас же стандартный блок управления?
– Ну да, нам поставили, когда всех по военной программе модернизировали, год назад.
– И я вам там еще насыпал новейшей информации по тактике, я не знаю, вам рассылка эта ходит?
– Вообще-то она всем ходит, но мы ее, честно, качали редко. Канал слабый, а там больше трехсот мегов чисто военной информации. Мы же не крейсер и русалок не возим.
– Все, как у нас, – моряк засмеялся. – Пока за жопу не укусит, не почешешься… Ну, хоть сейчас посмотрите.
– Сейчас куда денешься, посмотрим. Бен!
Бенни вылез из-за спины негра, сгреб флешку и скрылся в своей выгородке.
Моряк вернулся на палубу, козырнул Шарнхорсту – тот козырнул ответно. Рок покривился:
– Да, сдали меня "kak steklotaru", по выражению все той же Балалайки… Ну, когда она еще звалась Балалайкой и вербовала русалок себе на службу, а не сама сделалась русалкой. Кстати, в те далекие времена у нас и появился этот вот юнга-Туманник, что сейчас аккуратным почерком записывает в журнал твой подарок.
Матрос кивнул на бак, где вытянулся черный пушистый корабельный талисман:
– А кот?
Рок подмигнул:
– Если ты корабельный кот, вот об этом лучше молчать. Особенно сейчас, нет?
– Кстати, кота надо разбудить, – сказала из корзины стрелка Реви, – а то дадим ход, шерстяной и булькнет под самый форштевень.
– Да, кота надо разбудить, – чихнул от яркого солнца Датч. Из рубочной дверцы высунулся Бенни:
– Точно, кота же надо разбудить!
– Яволь, кота надо разбудить, – щелкнул каблуками Шарнхорст. – Расчет окончен, цу бефель!
Юнга подошел к спящему зверю и уложил его на плечо головой. Черный хвост свесился почти до палубы. Глядя, как Шарн утаскивает кота в рубку, Рок сказал уже совсем другим, спокойным голосом:
– Если бы тебе нравилось там, ты бы не вышел в плавание. И, к чему бы ты ни пришел, но так или иначе со старта ты ушел. Все, не жалей. Бесполезно!
Рок показал на модерновый бетонно-стеклянный домик, офис "Лагуны", сейчас закрытый ураганными ставнями, ощетиненый стволами.
– Я вот оставил за спиной одного барахла на пять миллионов золотом. Но что Реви улыбается реже, меня куда больше печалит, чем вся наша база с тиром и подвалом.
Реви перегнулась через горячий релинг, чтобы не кричать на весь остров:
– Страница перевернута – открывается новая, тип-того. Надо уметь бросать свои горечь и боль без сожаления. Вот, видела недавно в газете мою улицу…
Реви ударила в релинг обеими ладонями, да так, что загудел весь легонький катер.
– Окно на пятом этаже никуда не делось. Я обвела красным… Когда открывала фотографию, все ждала: что-нибудь екнет или защемит. Ну, как в книжках там или в кино, тип-того. А на деле не почувствовала ничего. Совсем!
– Знаешь, – осторожно тронул за рукав Бенни, – я не в курсе, что у тебя за проблема. Но скажу так. Есть люди, которые сделали один язык, компилятор, виртуальную машину, базу данных. Ну, в общем, любую сложную систему. И она не получила популярности. Потом другую, третью – все в ноль. И только с четвертой попытки взлетело.
Компьютерщик улыбнулся:
– Когда попытка четвертая, уже есть понимание, куда смотреть; что важно, а что неважно. Не только в вещах, которые можно понять математически…
Бенни огладил пеструю рубашку, подтянул штаны- "бермуды":
– Скорее, с точки зрения восприятия другими. Таким людям проще в том смысле, что они уже многое знают заранее. А я не знал, как и очень многие, у кого успешные системы были первыми. Они не знали, где мины разложены. Просто набивали шишки. Понимаешь?
Попрощавшись улыбкой, Бенни нырнул в рубку, откуда протиснулся в аппаратную. Датч махнул рукой из-за стекла, с места рулевого. Рок уже стоял на палубе, Реви над ним вложила в ПТРД золотую бутылочку патрона.
Датч плавно двинул сектора газа. Зарокотали три мотора, сперва на холостых. Прогрелись, загремели всерьез. Катер отошел от причала, развернулся на свободной воде. Тут уже Датч выжал сектора до упора. Катер присел на корму, выбросил хвост грязно-серой пены и ушел вслед за белым громадным лайнером, который за все время только-только выполз из лагуны.
Из лагуны вышел сперва лайнер, потом катер прикрытия – такой маленький и смешной по сравнению с тридцатипалубником "Oasis of sea".