– Пристегнитесь, через пять минут заход на посадку в Перл-Харбор, – Габриэлла прикрыла зевок ладошкой. – Сходим на рынок, где Simeon обедал, посидим там? А то когда еще мы так соберемся, все вместе?
– А где там, на рынке? Разве найдется такое место, чтобы никто не дергал?
– Найдется, – вздохнул Синдзи, – там есть маленькое кафе, где меня канмусу во время осады чуть на сувениры не разобрали. От порта метров триста по техзоне, потом базар пройти. Идти далеко, людей обычно немного. Там уже третье поколение владельцев. Но готовят, как раньше. И кофе отличный.
– Теперь и я вспоминаю, – неожиданно тихим голосом вмешалась Асакура. – Только я всегда спускалась от госпиталя сверху. Кофе, пончики в сахарной пудре. Там еще навес и вокруг вкопаны баллоны.
Баллоны так и лежали в углу подвала, тем же аккуратным штабелем. Осмотрев подвал и проверив сторожки, Датч облегченно выдохнул: похоже, за время отсутствия "Лагуны" султанские гвардейцы не нашли тайники. Наверное, даже не искали. По крайней мере, здание, реквизированное под полевой госпиталь, вернули не засраным.
Что ж, всегда приятно ошибиться в лучшую сторону.
Датч вышел на белый свет – после прохладного бетона особенно горячий, особенно яркий – опустился на придорожный камень и закурил.
Слева на камень присел здоровенный парень; вроде бы Датч видел точно такого в морской форме, но этот чем-то отличался. Датч опустил руку на кобуру и вздохнул: а всего десяток лет назад обошелся бы кулаками. Ну ладно, мало ли мы видали мутных персонажей. Сперва послушаем, что скажет.
Свидетель Канона сказал:
– Вам повезло, потому что вы главные герои. Не то булькнули бы с концами.
Датч ответил, по-прежнему глядя перед собой на занесенный песком асфальт:
– Сначала мы не стали судиться с местной Стаей из-за ворованых моллюсков с устричной фермы, договорились по-людски: мясо нам, раковины им. Потом несколько лет мы тратили деньги на здоровье, на мобиатлон тот же, а не пропивали.
Датч поглядел в синее-синее, яркое-яркое небо; листья пальмы казались на нем черными и словно бы ощупывали пролетающие облака.
– За нами вся наука и промышленность планеты Земля. Сотни тысяч техников, инженеров, академиков разработали средство водного дыхания. Мало того, довели промышленный образец до такой простоты, что мы, обычные пистолетчики, смогли его купить сравнительно дешево и потом надеть прямо в бою.
Негр заговорил громче и четче:
– Наконец, мы не позволили себе спиться и разжиреть на атолле, и мы дали себе труд подумать чуть заранее, чем кончится наша безнадежная атака, и потому включились в аппараты заранее.
Датч обернулся к Свидетелю и улыбнулся коротко, угрожающе:
– А потом, конечно, нам повезло. Потому, что мы главные герои, зачем искать еще причины?
Но рядом уже никого не оказалось. Когда и куда пропал черноглазый зануда, Датч не заметил.
Директор "Лагуны" хмыкнул, почесал затылок, потом поднялся и побрел в контору. Война войной, но завтра тоже надо что-то жрать. Не дадут ли подряд на поиски чего-нибудь ценного под местом боя? Там, конечно, Туман ищет ядра Взятых, но Туману, кроме ядер, ничего не надо. Разумеется, в тему влезут союзные Глубинники, но им-то как раз очень сильно требуются люди, чтобы разбираться в найденном на месте, на глубине. Или руководить подъемом сложно воткнувшихся в дно кораблей.
В общем, пригодится еще тот штабель баллонов.
Штабель баллонов отделял рабочую зону порта от небольшого куска "зеленки". Джунгли за сетчатым заборчиком, газон, подстригаемый каждое утро, ведь зелень в тропиках прет, как тесто из тазика. Рядок цветов – то ли розы, то ли гибрид, высаженный дочкой хозяина, наезжающей на каникулы из Делийского Биологического.
За "зеленкой" тянулся рынок. Солнце зашло, над рядами чуточку спала жара, и потому люди торговались охотнее. Низкий, худой и злой моряк с траулера рычал на продавца батата:
– А ну-ка весы перевернул, живо! Пока я их тебе на морду не поставил!
– Фрэнк, ты чего?
– Видишь, у него коромысло в эту сторону на ноготь короче. Гири-то клейменые, с ними все честно. А так взвешивать – процентов семь в его пользу.
– Сам откуда знаешь? – торговец не обиделся. – Наверное, так рыбу продавал в своей Европе?
– Ты весы давай переворачивай, а то врежу.
– Зачем злишься? Ты увидел, молодец. Кто не увидел, сам себе… Молодец.
Купив мешок бататов, моряки отошли, и приятель Фрэнка, тоже худой и низкий, протянул: