— Пожалуйста, поехали отсюда.
— Мирон, можно я побуду здесь до завтра и сама приеду. Обещаю.
Молодой человек отчаянно вздохнул и отпустил из своих объятий девушку.
— Тогда я подожду тебя, здесь.
Проходит на кухню обескураживая Викторию. Вместо слез теперь хочется засмеяться, хочется, чтобы снова в районе сердца загорелось, что-то необъяснимое и приятное и бесконечное.
17. Глава
Извините, что снова пропала, надеюсь до конца романа ничего непредвиденного не произойдёт. Ещё маленькая просьба автора, подписывайтесь и ставьте звёздочку книге, мне будет очень приятно и выкладка будет по чаще❤️
Для неё это оказались слишком эмоциональные качели, только недавно она рыдала из-за предательства любимого человека, а сейчас злиться на Абрамова, за его упертость и что ходит, как хозяин по квартире. Но в тоже время ей хочется парить, от чего-то улыбаться, будто бы ничего не произошло. Смотрит, как молодой человек хозяйничает на кухне, ставит чайник, открывает шкафчики в поиске кружки, ведёт себя так, словно это его квартира. Возмущению нет предела, Виктория складывает ручки на груди и шмыгнув носом недовольно произносит:
— По-моему я ясно дала понять, что хочу побыть наедине, — Мирон никак не отреагировал и продолжал искать кружки. — Прекрати лазить!
— Я тебе мешаю? Хочешь пострадать, иди в комнату, а я пока сделаю нам горячий кофе или чай?
— Ты меня не слышишь?
— Чай?
Надо же быть таким упертым бараном. Закатила глаза, а он поймал себя на мысли, что его это очень заводит. Вообще у него было достаточно времени подумать прошлой ночью пока он ждал её домой. Ему захотелось узнать, какая Виктория на самом деле, ведь за панцырем обид и ненависти скрывается, намного больше. Раз уж младшая сестра пришла от неё восторг, то и ему должна понравится. Хоть и внешне он давно её оценил, пусть тот внезапный секс в клубе и оставил неприятный осадок, но ему безумно понравилось тело девушки. Мягкая кожа, горячая под его ладонями, такая хрупкая и не умелая в его руках.
— Ничего я не буду! Просто оставь меня в покое!
Уходит в комнату и хлопает дверьми. Мирону не нравится состояние девушки, тем более что она подавленна из-за другого. Руки так и чесались дойти до её парня и врезать хорошенько, он так и не ответил ему за побитую челюсть.
Пока грелся чайник Мирон осматривал кухню, свежий ремонт, не совсем новый кухонный гарнитур, но все смотрелось гармонично, чисто, сразу видно, что тут живёт хорошая домохозяйка. Улыбнулся про себя, а потом вспомнил, как Вика вылила на него жижу и засмеялся, вместе со смехом засвистел чайник и он принялся делать обоим кофе. Взбодриться не помешает, оба ночь не спали, а кому-то и во все надо быть на работе, а он сидит на маленькой кухне хрущевки и чего-то ждёт.
Вика не появилась и через двадцать минут, Мирон забеспокоился. Мало ли что в голову взбредет девушке, он ведь не знает, что произошло между парой. Комната была одна и он совершенно точно попал в нужную, не стучась он приоткрыл дверь и заглянул. Девушка согнувшись в позу эмбриона тихонько сопела, смотря на неё Мирон улыбнулся и легче на душе стало. Прошёл внутрь и сел на свободный стул, что находился напротив дивана. Отписался Тиме, что сегодня он взял отгул. Оставлять её одну в таком состоянии он не хотел, смотря на её пушистые реснички, что подрагивали во сне, на пухлые губы там внизу росло желание с которым не было сил сопротивляться. Шелковистые волосы небрежно разметались по подушке, спадали на лицо рука на автомате потянулась убрать прядку, ведь она вполне может мешать сейчас девушке от лёгкого прикосновения к ней, у него зажгло ладони, Вика открыла глаза и не спешила вставать с шоком рассматривая довольную физиономию Абрамова младшего.
— Ты...
Не успела она договорить, Мирон улыбнулся все же убрал прядку с её лица за ухо.
— А ты какие фильмы больше любишь смотреть?
Такой внезапный вопрос застал девушку в расплох. Но решила, что не будет пороть горячку, он ничего такого не сделал с ней.
— К чему вопрос?
— У нас в доме есть кинотеатр, и мы каждые выходные с Витой смотрели фильмы, но это было когда была жива Карина...
Он смотрел куда-то в пустоту, в его взгляде было столько боли, что Вика почувствовала себя не в своей тарелке. Она прекрасно осводомлена и даже намного больше знает, чем сам Мирон от чего скверно на душе и рассказать бы, но понимает у неё нет доказательств. Она смотрела на него, пока он погрузился в свои воспоминания, любовалась им, в этот момент он был похож на мальчишку, что ищет поддержку. С ответом она затянула да и отвечать на такое не знает, что.