Выбрать главу

— Алё! Че не наотдыхалась ещё??

В трубке раздаётся мелодичный смех, Тима и сам не замечает, как расслабляется и все уходит на второй план.

— Тима, а что такое? 
— Тут твой жених нашёл новую невесту, и думаю ты должна об этом знать. Или ты ещё в раздумьях?

Повисла гнятущая тишина, Тима уже хотел бросить трубку и сказать, что пошутил. Но хотелось, чтобы не только ему было хреново. Чёртов эгоизм.

— Там все серьёзно? — слышится её отстранёный голос. 
— Ну до свадьбы ещё не дошло, но думаю не за горами. 
— Это мы ещё посмотрим. Бывай, Тима. 
— Пока, Карина.

***

Идти на ужин не было сил и аппетит пропал, Мирон крутил в руках телефон раздумывая дальнейшие действия. Все указывало против Тимы, неужели лучший друг решил подставить, вот только для чего? Вспоминая все рабочие моменты и отношения с ним, не было ничего, чтобы он его как-то обидел или обделил финансово. Сжимая трубку в руках Мирон выругался, а после решил набрать помощницу, чтобы хоть как-то прояснить ситуацию.

— Мирон Андреевич, я вас слушаю. — её голос был до ужаса сладко-приторным, будто она специально поменяла тональность для разговора, что раздражало ещё больше. 
— Анастасия, вы помните когда Андреев передал вам договор? — в трубке послышались шуршание.
— Какой договор?
— По которому вы мне звонили!
— Аааа... ой, а я не помню.

Мирон закрыл глаза посчитав до десяти, чтобы не сорваться на девушку.

— Вспомните пожалуйста до завтра!

Скинул вызов и нервно прошелся вокруг стола. Сегодня в планах было  провести вечер вместе с Викой и сестрой, для него важно, чтобы семья приняли девушку и неважно на стечение абстоятельств. Между ними возникли отношения и пусть это произошло   в одно мгновенье и он уверен, это случилось   в первую встречу. Ведь влюбляются за несколько секунд...

Но судьба как обычно вносит свои коррективы. Очень важный договор просран и сейчас нужно выявить "крысу" среди своих, первым и единственным пока что является Тима, но Мирон решительно настроен разобраться в этом. Но сначала он разберется, что происходит между другом и его новоявленой девушкой.

Виктория до сих пор сидит в закрытой комнате в ожидании приговора. Почему-то она уверена, что Тима мог придумать какую-нибудь историю чтобы оклеветать её перед другом. И когда в дверь стучат она вздрагивает и не сразу подходит к ней, чтобы открыть и упрямо смотрит сверля в ней дыру.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Вика, открой, какого хрена ты закрылась?

Обняв себя за плечи чувствуя дрожь, подходит к дверям и осторожно открывает дверь, Мирон окидывает обеспокоеным взглядом. Входит в комнату закрывая дверь.

— От кого ты закрылась? Ты боишься кого-то?
— Нет, Мирон. Он ушёл?
— Ты закрылась из-за него? — бегает глазами по ней в поиске ответов.
— Просто, мне стало страшно... у тебя какие-то проблемы на работе?

Девушка заметила каким стал мрачным парень когда ему позвонили и он был готов ратерзать друга, ей было обидно и страшно одновременно. В её мыслях Андреев был самым жестоким и хладнокровным человеком. Как только она вспоминает о нём перед глазами оживает картина той ночи в клубе. Мирон садится на край кровати и закрывет лицо ладонями. Вика смотрит на него внимательно, изучает каждую черту его тела, вздутые вены на руках и подрагивающая жилка у шеи. Он в ней вызывает столько эмоций даже не касаясь и не смотря на неё.

— Да проблемы, ответь. Что между тобой и Тимой? Зачем он приехал к тебе? Ведь явно к тебе, он был в курсе, что я задержусь на работе.

Следя за её реакцией Абрамов поедал её глазами от чего было сложно сосредоточиться, он смотрел так, что можно было душу продать не задумываясь. Рассказать ему правду? Но где гарантия, что у ней хватит силы духа объяснить всё,  держать в себе с каждым днём становится хуже. А может он и  в курсе, как погибла невеста, но от этих мыслей не лучше. Нужно было что-то ответить, но она молчала и ещё больше накаляла обстановку.

— Я не знаю... правда.. я очень рада была когда ты вошёл. И по правде говоря, Тима мне не внушает доверия.

Прикусила губу понимая, что лезет не в своё дело, но раз теперь она его девушка, то и делиться мнением  ей никто не запретит.

— Знаешь... теперь я тоже сомневаюсь   в нём.