Вот сцена первой встречи двух мальчиков — царевича Петра и Алексашки Меншикова. Уличный парень учит Петра, как продевать через щеку иглу. За науку царь бросает Меншикову монету:
«Алексашка на лету подхватил брошенный рубль… Рубль был новенький, на одной стороне — двуглавый орел, на другой — правительница Софья».
А ведь не было в России рубля царевны Софьи, хотя, возможно, что Алексей Толстой даже держал такую монету в руках! И именно это его обмануло. Дело в том, что до революции в России для обмана коллекционеров фабриковались нумизматические «редкости». В том числе были фальсифицированы «рубли Софьи». Сейчас историки называют такого рода подделки «фантастическими».
Более того, первые крупноразмерные рубли с орлами и портретными изображениями царей в России появились лишь после денежной реформы 1700 года. Те немногие рубли крупного размера, которые выпускались до Петра I, просто перечеканивались из западноевропейских талеров. Для этого на иностранных деньгах забивалось старое изображение, затем надпечатывалось новое. Однако из-за крайне низкого уровня развития техники монетного производства в России от перечеканки скоро отказались. Производилась она практически только один год — 1654-й. В 1655 году на талерах уже просто надпечатывали изображение ездца и новую дату. В народе такие монеты получили название «ефимков с признаками».
Кстати, о самом слове «ефимок». Звучащее чисто по-русски, оно по происхождению все же иностранное.
В XVI веке в Иоахимстале в Богемии изготавливали крупные серебряные монеты, которые по месту выпуска в Европе стали именовать «иоахимсталерами». Позже первая часть длинного слова в просторечии была за ненадобностью отброшена. И монеты назывались уже талерами. Еще позже словом «талер» стали называть все другие крупные серебряные монеты, независимо от места выпуска. От талера ответвились и стали самостоятельными названия таких денег, как «даальдер» (Голландия), «далер» (Скандинавские страны), «доллар» (США), «таллеро» (Италия) и т. д.
Русские люди, познакомившись с названием «иоахимсталер», также его усовершенствовали, но при этом оказалась отброшенной вторая часть слова. Более того, «Иоахим» был перекрещен в более знакомого народу «Ефима». И появилось в языке наших предков слово «ефимок».
Итак, Алексей Толстой, поверивший в рубль царевны Софьи, был обманут, как, кстати, и некоторые нумизматы, поначалу увидевшие в фантастической подделке реальную историческую ценность. Другие же писатели ошибаются сами, не становясь жертвами организованного обмана.
В романе В. Пикуля «Баязет» читаем: «Медная монета у турок была перечеканена тоже из русских пятаков и копеек: профиль Екатерины II отчетливо проглядывал из-под вензеля султана Абдул-Меджида».
Вроде бы удалось найти автору интересную историческую деталь. Да вот беда, никогда в истории русские медные монеты — пятаки и копейки — с профилем Екатерины II не чеканились. Следовательно, лик императрицы проглядывать из-под султанского вензеля не мог.
Вот еще одна курьезная ошибка.
В повести М. Рыбакова «Жемчужина „Монте-Кристо“» описывается период установления Советской власти на Дальнем Востоке. Здесь собралось немало представителей богатых слоев бывшей Российской империи. «Большинство, — пишет автор, — собиралось как-нибудь удрать за границу или возвратиться в Москву, Петроград. У таких туристов сохранилось немало золотых империалов, платиновых пятерок с изображением последнего русского императора». Далее в повести описываются методы, которыми пользовались контрабандисты для пересылки ценностей: «В переплетах книг укрывались золотые монеты. Вместо пуговиц у салопа были пришиты обернутые в сукино платиновые пятерки».
Удивительно, сколько неуклюжего вымысла в нескольких фразах! Да, действительно, платиновые монеты существовали. И появились они в России в 1828 году. До этого платина в монетном производстве никогда не употреблялась.
Кстати, «плата» — по-испански означает «серебро», а платина — «серебришко», «серебрецо», если хотите. Первооткрыватели, искавшие серебро и наткнувшиеся на платину, в новом металле разочаровались. Обладая всеми признаками благородного металла — ковкостью, высокой теплопроводностью, стойкостью к окислителям, — он не имел того сверкающего блеска, той элегантности, которые присущи серебру. Так и повелось, что, являясь драгоценным металлом, стоящим выше серебра, платина вынуждена была уступить ему свои представительские функции в системе денежного обращения.