– О-о-о! – протянула Пэм. – Именно так мы и думали.
– Теперь о том, что мы собираемся делать, – продолжил инспектор. – Почтальон, как обычно, подъедет на фургоне к почтовому ящику и отопрёт его, стоя к фургону спиной.
– А потом? – затаив дыхание одновременно спросили все семеро.
– Тот, кто будет наблюдать за почтальоном из-за решётки, даст сигнал своим сообщникам, те бросятся к фургону, усядутся в него и угонят.
– И вы позволите им сделать это? – удивилась Пэм. – Пусть грабители угоняют фургон и увозят мешки с письмами?
– Да не будет там никаких мешков, – объяснил инспектор. – Их заменят шестеро полицейских. Представляете, какой сюрприз ждёт грабителей, когда они остановят фургон где-нибудь в укромном месте и отопрут дверцу.
– Вот это да! – протянули ребята, с восхищением глядя на инспектора.
– А ещё двое полицейских будут поджидать человека, который подаст грабителям сигнал, у выхода из полуподвала.
– Пожалуйста, ну ПОЖАЛУЙСТА, разрешите нам посмотреть на всё это! – взмолился Питер. – Ведь если бы не мы, вы бы ничего об этом деле не узнали!
– Слушайте меня внимательно. – Инспектор понизил голос, и теперь всё, что он говорил, звучало вдвойне таинственно. – На Эмбер-лейн есть склад под названием «Марк Доннальс», а его чёрный вход расположен на параллельной улице – Петтон-роуд. Вряд ли кому покажется подозрительным, если семеро ребят, один за другим, войдут туда и станут смотреть из окна на Эмбер-лейн. Я не удивлюсь даже, если в помещении склада никого не окажется и некому будет проводить вас к окну.
Ребята вполне могли задушить инспектора в объятиях, но он успел вовремя подняться с места. Они смотрели на него с обожанием:
– Спасибо вам! Это просто чудесно! Обязательно придём, если родители отпустят!
– Я уверен, что вы легко уладите такой простой вопрос. – С этими словами инспектор вышел из сарая.
– Ну! – Питер обвёл друзей сияющим взглядом. – Вот здорово – у нас будут места в первом ряду!
– Да, но мы не увидим самого главного – как преступники откроют фургон и попадут в объятия полицейских! – сокрушался Джек.
– Ничего страшного, хорошенького понемножку! – успокоил его Питер. – Интересно, а где Джефф? Наверное, этот ужасный мистер Тайзер запер его где-то до тех пор, пока они не сделают своё чёрное дело и не угонят фургон. Что же будет с бедным стариной Джеффом?
– Мяу! – На коленях у Джанет сидел котёнок.
Лапка у него совсем зажила, а сам он отъелся и стал очень забавным. Девочка погладила его:
– Бедный Джефф скучает по тебе, я уверена. Ничего, мы сумеем как-нибудь помочь ему, когда он отыщется. И тогда ты вернёшься к своему хозяину.
– Когда же наконец наступит вечер?! – Джордж встал с места. – Похоже, что никогда!
Но вечер всё-таки наступил, и он принёс с собой самые волнующие в жизни «Секретной семёрки» события.
Глава 18
Волнующий финал
Всё оставшееся утро семёрка провела на дереве, вновь и вновь обсуждая события во всех подробностях. Скампер, как обычно, сидел на страже, но на этот раз ребят никто не побеспокоил. День перевалил за половину, подошло время чая, ребята волновались всё сильнее и сильнее.
В половине седьмого они по одному начали подтягиваться к Эмбер-лейн, решив, что так они привлекут к себе меньше внимания, чем явившись туда сразу всемером. Отыскав на Петтон-роуд вход на склад «Марк Доннальс», каждый из них поднимался по ступенькам и только касался ногой верхней ступеньки – вот чудеса! – дверь тихо отворялась.
Но выяснилось, что за ней в полной готовности стоит полицейский. Он улыбался каждому из членов «Секретной семёрки», когда они входили внутрь. Сначала по лестнице, потом по пыльным коридорам он провёл ребят в небольшую комнату с окном, выходящим на Эмбер-лейн.
– Отсюда открывается замечательный вид на красный почтовый ящик, – сказала Джанет Питеру. – Нам будет всё очень хорошо видно. Интересно, человек, который должен подать сигнал грабителям, уже на месте?
Ребята спросили об этом у полицейского, и тот кивнул:
– Да, он уже там. Мы видели, как он входил в полуподвал, и у него в руках был белый носовой платок – им-то он и просигналит. А за дверью его уже поджидают двое спрятавшихся полицейских!
Напряжение достигло крайней точки. Ребята с большим трудом удерживали себя на своих местах. Время тянулось невыносимо медленно. Семь часов. Семь часов десять минут… двадцать минут… двадцать пять…