- Я не боюсь тебя. – Распахнув глаза, Ева решительно встретилась со взглядом, так и норовившим утопить, но только со смертельным исходом.
По крайней мере, пока он ничего ей не делает. Не угрожает, не тащит опять к Геллерту. Но ведь заклинание стирания памяти… Неужели Хейтон…
- Абрахас? – ещё несколькими минутами ранее она поклялась не произносить его имени, но, кажется, стереотипы не имели власти над беспокойством.
Блондин посмотрел на неё, но серые глаза его не несли прежней насмешки и зловещего торжества. В них вообще ничего не было. Не сказать, что Ева не была рада тому, что все воспоминания у неё сохранены, но вот Абрахас… Не нужно его впутывать в это.
- Оу, так он тебе дорог? – виновато и в то же время саркастически спросил Кристофер, успев наклониться к ней ближе, одной рукой оперившись о стену. Ева была и в безопасности, и одновременно в западне. Пока что она могла попытать удачу и убежать, но что-то мешало ей сделать это. – Если хочешь, я могу вернуть ему воспоминания о вашем милом разговоре.
- Нет. Не надо! – Просить о чём-то, даже о таких незначительных вещах ей не хотелось. И пусть сейчас девушка оправдывала себя страхом, в глубине души она знала, что Малфой, несмотря на всё, был ей по-прежнему дорог. Для его же блага будет забыть о том, что он видел её такой слабой.
Прежде Еве не доводилось встречать человека, который находится под действием Обливейта. Только из книг можно было почерпнуть примерные знания, но они были так ничтожны с реальностью.
- Что ж, - удовлетворённо кивнув, Кристофер наконец-то соизволил отойти от неё и повернуться лицом к блондину, ожидавшего своего часа, словно тряпичная кукла. – Пожалуй, сделаем с тобой всё так, будто он и не встречал тебя сегодня вовсе, а гулял один по замку и размышлял об… экзаменах. Ведь семикурсников подобные мысли часто посещают, как думаешь?
Ева молчала, с настороженностью наблюдая, как мужчина тихо что-то бормотал, а Абрахас продолжал стоять, и лишь поднимание и опускание груди слизеринца подтверждало нахождение жизни в нём.
Почему Кристофер сказал «сделаем с тобой»? Не она же в конце концов заколдовала Малфоя! Может, этот чёртов безумец и говорил в шутку, но её это не радовало нисколько. Не нужно было и гадать, чтобы понять элементарное: Хейтон всё ещё имеет на неё какие-то планы, и раскрытие их – вопрос времени.
- Та-дам, - отступив от Малфоя, Хейтон проследил, как блондин, словно не заметив их, направлялся к лестнице. – Теперь можно и посекретничать, правда, Ева?
Как же он достал её со своими «верно, правда»? Какой вообще смысл требовать от неё подтверждения, если выбора за ней не остаётся? Всего лишь очередное способ показать своё превосходство.
- Меня ждут. Тебе лучше уйти сейчас.
В подтверждении его слов девушка посмотрела куда-то вперёд, словно и правда ждала кого-то. Да, навряд ли теперь кто-то сунется в эту часть коридора, если только не прогуливает уроки. Уроки уже были в самом разгаре, так что никто не сможет услышать её крики о помощи.
- А ты взялась за старое. Неужели не поняла, что меня не провести? – снисходительно погладил её по плечу, но когтевранке почудилось в этом прикосновении намёк на что-то личное, будто тем мужчина давал понять ей, что все её попытки к бегству будут бессмысленны.
Как же легко тогда он отпустил её. И хотя Ева могла погибнуть, он заранее знал, что снова придёт за ней. И для неё это не должно быть новостью. Хотя поначалу девушка всерьёз поверила, будто Кристофер осознал всю глупость своих действий и наконец понял, что она никогда не будет принадлежать ему. Тем более, сейчас, после недавних событий… Мысль о том, что Хейтон может хотеть от неё этого, приводила Еву в ужас. Уж лучше умереть, чем предать свои убеждения.
- Нет-нет, - слегка покачав головой, Франк выдавила из себя ответную улыбку, чтобы потом мягко приложить свою руку к его груди – пришлось использовать крайние методы, - На этот раз я говорю правду, Кристофер. Но, боюсь, Грин-де-Вальд не одобрил бы твой поход обратно в школу. Ведь, полагаю, тебе пришлось сильно потрудиться, чтобы никто тебя не заметил.
О да, она попала в точку! Его лицо, пусть и на крошечное мгновение, изменилось. Отчётливо был виден страх перед своим хозяином.
- Не тебе судить это, дорогая. Я уверен, что ты не рассказала истинную причину, почему угодила в мою власть. Не изображай из себя дуру, Ева. Я не знаю все ваши общие дела с Реддлом, но, уверяя тебя, если меня и поймают, то мне будет что поведать на суде.
Один-один. Чёрт, это досадно. У обоих есть преимущества, хотя он и отрицает это с её стороны, но всё же. Если постараться, у неё, может, и получится по-доброму от него отвязаться.
- Я никогда не была в твоей власти! – тут же потеряв вид милой очаровательной девушки, Ева превратилась в злобную ведьму, что особенно навевал на это её внешний вид. О господи, ну почему ей не пришло в голову расчесать волосы… в которые Том запускал пальцы и проводил по всей их длине.
Углубившись в воспоминания, Ева не сразу заметила, что Кристофер наяву проводит по её волосам с лёгкой издевкой. Когда перед ней предстал он, а не Том, девушка резко отскочила от него, как ошпаренная, и, яростно сверкая глазами, прошипела:
- Не смей ко мне прикасаться!
Она уже ожидала, как он назло ей подойдёт и сделает что-нибудь ещё. Однако вместо этого мужчина как-то скучающе пожал плечами и голосом, не несущим в себе никаких эмоций, произнёс:
- Это так предсказуемо, что даже пропадает интерес. Нет на свете человека, что не смог наконец сломиться. Это сейчас ты строишь из себя сильную и независимую, Ева. Я могу сделать так, что ты будешь только удивляться, как могла обходиться все эти годы без моей помощи. Я могу сделать тебя зависимой от меня. Если только приложить немного усилий… - заворожено глядя куда-то в стену, Хейтон медленно перевёл взгляд на когтевранку, которая находила его речь жуткой, нежели поучительной. – Каждое усилие имеет свой результат. И наша с тобой ситуация не исключение.
- Я думаю, - не решаясь больше кричать, Франк говорила тихо, но он прекрасно слышал её слова среди всей этой тишины, - что как раз ты зависим от меня. Иначе бы не пришёл сюда и не пытался искать способы напугать меня, чтобы снова насильно увести.
- Ты так уверена в этом?
- Да. – Не колеблясь ни секунды, Ева чувствовала, как напряжение, возникшее в результате разговора, превращается во что-то большее, даёт ей силы на то, чтобы не останавливаться, а продолжать говорить. Может, то была храбрость? Что ж, наконец это чувство посетило и её. – Не думаю, что сам Грин-де-Вальд приказал тебе словить меня. Хоть я и рассказала о вашем примерном местоположении твоему сотруднику, который даже не подозревает о твоём предательстве, но вы все должны были предвидеть подобное, а потому я уверена, что, когда поместье найдут, оно будет уже давно пустым. Так что да, ты от меня зависим, и это слишком очевидно. У тебя на меня не только планы вербовки и переманивания на свою сторону. Нет, ты всего лишь хочешь, чтобы я стала твоей во всех смыслах. Наверное, нелегко смотреть на меня со стороны и знать, что я отдаю свою любовь кому-то другому, не так ли?
Резкая боль в щеке и сила удара заставила девушку отшатнуться и едва не упасть на пол. Невидяще глядя на Хейтона, Ева медленно выпрямилась и одной рукой убрала спадающие на лицо волосы. Несомненно, на щеке сейчас виднеется яркий красный след от его руки, и ноющее ощущение тому свидетель.
- У тебя не нашлось слов, чтобы сказать, что я не права? – желчь так и лилась из неё. Презрительно поморщившись, на одном дыхании выпалила: - Это нормально, когда не можешь сам признать истину. Хотя своим действием ты унитожил моё отношение к тебе уже навсегда. Теперь ты для меня не более, чем сумасшедший убийца.
Почему она позволила ему ударить себя? Не попыталась увернуться, хотя уже заранее видела, как его рука поднималась всё выше по мере продолжения её речи. Может, Ева сама захотела этого? Нет, не рукоприкладства, а его ненависти. Наркотик можно заставить ненавидеть, желать его уничтожения. Он понял, к чему она клонит, и не мог больше выдержать. Хоь и держался достаточно долго и не перебивал.