— Общаться со школой — это огромная проблема для шизофреника, — ответил Глоб. — Всякий шизофреник, как и вы, общается с людьми на уровне подсознания. А обучающие автоматы, естественно, не обладают им, у них все на поверхности. Поскольку шизофреник привык игнорировать внешнюю данность, он продолжает доискиваться подтекста и наталкивается на пустоту.
— Я не мог понять, что они говорят, — согласился Болен, — это была такая же бессмыслица, какую произносит Манфред.
— Вам еще повезло, что вы вышли из этого состояния, — заметил доктор Глоб.
— Я знаю.
— Ну так что вы будете делать дальше, Болен? Отдыхать и поправляться? Или снова вступите в опасный контакт с ребенком, который настолько нестабилен, что...
— У меня нет выбора, — ответил Джек.
— Это верно. У вас нет выбора, вы должны оставить его в покое.
— Но кое-что я понял, — сказал Джек. — Я понял, как высоки ставки в этой игре лично для меня. Теперь я знаю, что такое быть отрезанным от мира, как Манфред. И я сделаю все, что в моих силах, чтобы избежать этого. Теперь я не сдамся. — Дрожащими руками он вынул из кармана сигарету и закурил.
— Ваш прогноз неблагоприятен, — заявил Глоб.
Джек Болен кивнул.
— Сейчас наступила ремиссия, несомненно вызванная тем, что вы покинули школьную среду. Хотите начистоту? Я не поручусь, что она продлится долго, — может, еще десять минут, а может, час; может, вам удастся дотянуть до вечера, когда начнется еще более сильный приступ. Ведь особенно тяжелы для вас ночные часы, не так ли?
— Да, — кивнул Болен.
— Есть два варианта. Я могу забрать Манфреда обратно в Бен-Гурион и представлять сегодня вечером ваши интересы у Арни, как ваш официальный психиатр. Я регулярно этим занимаюсь, это мой бизнес. Оплачивайте счет, и я подброшу вас домой.
— Возможно, я воспользуюсь этим позднее, — ответил Болен. — Вы сможете представлять меня, если мне станет хуже. Но сегодня я с Манфредом должен быть у Арни Котта.
Доктор Глоб пожал плечами. «Невосприимчивость к рациональным предложениям, — отметил он про себя. — Признак аутизма. Джека Болена невозможно убедить: он уже слишком отъединен от окружающего мира, чтобы слышать и понимать. Язык превратился для него в пустой ритуал, лишенный какого бы то ни было смысла».
— Мой сын Дэвид, — внезапно вспомнил Болен. — Мне надо вернуться в школу и забрать Дэвида. И вертолет компании И, он тоже там остался. — Взгляд его стал более осмысленным.
— Не надо возвращаться туда, — попытался убедить Глоб.
— Отвезите меня обратно.
— Тогда хотя бы не возвращайтесь в школу; оставайтесь на площадке. Я распоряжусь, чтобы вам прислали сына, а вы, пока он выходит, подождете в вертолете. Это по крайней мере будет менее опасно. Я вместо вас переговорю со школьным мастером. — Доктор Глоб внезапно почувствовал прилив симпатии к этому человеку, к тому, с каким упорством он настаивал на своем.
— Спасибо, — ответил Болен. — Вы очень любезны. — Джек улыбнулся, и доктор тоже ответил ему улыбкой.
— Где Джек Болен? — жалобно спросил Арни Котт. На часах было шесть вечера. Арни сидел в одиночестве в своей гостиной, попивая слегка переслащенный коктейль, который приготовил ему Гелио.
Сейчас ручной бликмен возился на кухне с обедом, используя при этом исключительно товары с черного рынка — из нового источника, открытого Арни. При мысли о том, что их теперь доставляют к нему по оптовым ценам, он ощутил прилив радости. Насколько это лучше старого положения вещей, когда весь доход поступал в карман Норберту Стайнеру! Арни потягивал коктейль и поджидал гостей. Из динамиков в углу лилась музыка, заполняя комнату и убаюкивая уважаемого члена союза водопроводчиков.
Он пребывал почти в полудреме, когда его разбудил резкий звонок телефона.
— Арни? Это Скотт.
— Да, — недовольно откликнулся Арни — он предпочитал общаться через свою хитрую шифровальную машину. — Послушай, у меня тут важное дело сегодня вечером, и если ты...
— У меня тоже важное, — перебил его Скотт. — Кто-то встал нам поперек дороги.
— Что? Ты имеешь в виду с продуктами? — До Арни наконец дошло, что имел в виду Скотт Темпл.
— Да, — откликнулся Скотт. — И у него все на мази. Своя посадочная площадка, свои ракеты, торговые маршруты — наверное, он унаследовал все после Стай...
— Можешь не продолжать, — прервал Арни. — Лети сюда сейчас же.
— Будет сделано. — И Скотт повесил трубку.
«Ну и как вам это понравится, — огорчился Арни. — Только я начал вставать на ноги, как появляется какой-то негодяй! И главное — я ведь даже не собирался впутываться в черный рынок, почему этот парень сразу не сообщил мне, что хочет подхватить дело Стайнера? А теперь поздно: я уже взялся, и никто не заставит меня бросить его».