— А я все это предсказываю, — сказал Рэгл.
—Да.
— Насколько хорошо у меня получается?
— Не так точно, как вам говорит Ловери.
— Понятно... — прошептал Рэгл.
— Но и не так плохо. Мы периодически меняем схему ударов, иногда предоставляя выбор случаю... потому что ряд кораблей вы перехватили, особенно тяжелые грузовые. Из-за этого у нас возникла небольшая паника — транспортных кораблей совсем немного. Мы стали менять все схемы. У вас ведь талант на угадывание тенденций. Взять хоть те же женские шляпки. Что будут носить в следующем году? Загадка. Но только не для вас.
— Почему ты решил перейти к ним? — спросил Вик. — Они же бомбят нас, убивают наших женщин и детей...
— Теперь он знает почему, — перебила его миссис Кейтел байн. — Я видела по его лицу, когда он читал. Он вспомнил.
— Да, — Рэгл кивнул. — Я вспомнил.
— Почему ты перешел к ним? — повторил вопрос Вик.
— Потому, что они правы. А изоляционисты — нет.
— И Рэгл Гамм это понял, — сказала миссис Кейтелбайн.
Открыв дверь и увидев на темном крыльце Билла Блэка, Марго сказала:
— А их нет. Они в магазине, проводят срочную инвентаризацию. Что-то вроде неожиданной проверки.
— Может, я все-таки войду? — спросил Блэк. Марго отошла в сторону, Билл вошел и прикрыл за собой дверь.
— Я знаю, что их нет. — Он говорил бесцветным, подавленным голосом. — Кстати, их нет и в магазине.
— Там я их видела в последний раз, — Марго стало неловко от собственной лжи. — И так они мне сказали. — «Сказали чтобы я так сказала», — подумала она.
— Они вырвались. Мы подобрали водителя грузовика. Они отпустили его, проехав около сотни миль по трассе.
— Откуда ты знаешь? — спросила она и вдруг ощутила дикую ярость. Она ничего не понимала, но интуиция подсказывала, что во многом виноват Блэк. — Ты и твоя ласэнь. — Она задыхалась от негодования. — Таскаешься сюда и что-то вынюхиваешь. Присылаешь свою жену-вертихвостку, чтобы она к нему подлизалась.
— Это не моя жена, — устало проговорил Блэк. — Ее взяли, потому что мне надо было устроиться по соседству.
Марго нахмурилась:
— А она знает?
— Нет.
— Дела-а, — протянула Марго. — Ну и что? Ты, значит, можешь стоять и ухмыляться, потому что тебе известно, что происходит?
— Я не ухмыляюсь, — сказал Блэк. — Я как раз думаю о том, что был, наверное, шанс его вернуть. Скорее всего это Кессельманы. Одни и те же люди. Похожее звучание фамилий. Интересно, кто все это придумал? Я всегда плохо запоминал имена. Наверное, они это учли. Но когда тебе надо держать в голове тысячу шестьсот фамилий...
— Тысячу шестьсот, — повторила Марго. — Что ты имеешь в виду?
Она все острее чувствовала неладное. Ограниченность окружающего мира давила на нее все сильнее. Улицы, дома, магазины, люди. Тысяча шестьсот человек, стоящих посреди сцены. А вокруг — бутафорская мебель, кухни, машины, еда. А за всей этой бутафорией — плоский раскрашенный задник. Нарисованная панорама уходящих вдаль домов. Людей. Улиц. В стены вмонтированы динамики, раздаются звуки. Сэмми, сидящий один в классе. И даже учитель не настоящий. Вместо него — набор магнитофонных записей.
— Мы хоть узнаем, зачем все это? — спросила она.
— Рэгл уже знает.
— Потому у нас нет радио?
— По радио вы могли многое услышать.
— Мы и так многое услышали.
Билл поморщился:
— В конце концов это был вопрос времени. Раньше или позже. Мы только надеялись, что он все равно будет заниматься своим делом.
— Но вмешался кто-то еще, — сказала Марго.
— Да, двое. Сегодня мы выслали по их адресу наших людей, в большой старый дом на углу, но они исчезли. Там никого нет. Оставили все свои модели. Он прослушал у них курс гражданской обороны. И принял решение.
— Если тебе больше нечего сказать, — заявила Марго, — уходи.
— Я останусь здесь, — ответил Билл Блэк. — На всю ночь. Может быть, он решит вернуться. Я подумал, что лучше если я приду без Джуни. Я могу лечь в гостиной и сразу замечу, когда он войдет. — Открыв дверь, Билл внес в комнату небольшой чемоданчик. — Здесь зубная щетка, пижама и кое-какие личные вещи, — он говорил все тем же потухшим, безжизненным голосом.