Да, пожалуй. Он готовился к этой неделе, а слушание дела Вимса было назначено на четверг.
— Кто обвинитель? — спросил я.
— Джоанн Джорджетти, я уже обратилась к ней от твоего имени. Позвонила ей вчера, объяснила ситуацию, спросила, не согласится ли она скопировать для нас материалы обвинения. Она сказала — нет проблем. Ты можешь забрать их после встречи с судьей Стэнтоном, а потом у тебя будет пара часов на ознакомление с ними, поскольку слушание назначено на два.
— Ты ничего не упускаешь из виду, Лорна. Почему бы тебе просто-напросто не взять практику Винсента и не заняться ею? Я тебе явно не нужен.
Она улыбнулась:
— Я предпочитаю действовать, оставаясь в тени. А тебя держать на виду, подставной фигурой.
Нам принесли еду, я обильно полил соусом «Табаско» свой бифштекс. Киско занялся мясом, а я знал, что от еды его лучше не отрывать, и потому спросил у Лорны, как ей работается с Рен Уилльямс.
— Толку от нее мало, Микки. Похоже, она никакого представления об офисной работе и о том, что и где лежало у Джерри, не имеет. Если хочешь знать мое мнение, он держал ее по какой-то другой причине.
Я мог бы назвать эту причину, но не хотел отвлекать внимание Лорны на сплетни. Тут я заметил, что Киско уже подбирает вытекший из бифштекса сок кусочком хлеба.
— А как идут дела у тебя, Киско?
— Занимаюсь Рильцем, этой стороной уравнения. Там есть пара вещей, которые могут нам пригодиться. Хочешь о них услышать?
— Пока нет. Когда понадобится, я тебя о них спрошу.
Мне не хотелось обременять себя сейчас информацией, которая может обнаружиться и в материалах обвинения.
— Кроме того, у меня сегодня, во второй половине дня, состоится встреча с Брюсом Карлином.
— Он требует две сотни в час, — сказала Лорна. — По-моему, это грабеж на большой дороге.
Я отмахнулся от ее протеста:
— Это расход одноразовый, а у него может найтись полезная для нас информация, которая сэкономит Киско время.
— Да ты не волнуйся, мы ему заплатим, конечно. Просто мне это не нравится. Он обирает нас, потому что знает, деться нам некуда, — сказала Лорна.
— Строго говоря, грабит он Эллиота, а того, я думаю, это особо не волнует. — И я снова обратился к своему детективу: — Какие-нибудь новости по делу Винсента у тебя имеются?
Киско рассказал о последних полученных им сведениях, сводившихся в основном к подробностям, обнаруженным при исследовании тела. Он сказал, что Винсент получил две пули в левый висок. Судя по следам пороховой гари на его волосах и коже, выстрелы производились с расстояния от девяти до двенадцати дюймов, так что точно прицелиться убийце труда не составило. Кроме того, при вскрытии были извлечены пули.
— Двадцать пятый калибр, — сообщил Киско.
— Оружие они уже определили?
— «Беретта-бобкэт». Ее едва ли не в ладони можно спрятать.
Оружие, совершенно отличное от того, из которого убили Митци Эллиот и Иоганна Рильца.
— Так о чем все это нам говорит?
— Такой пистолет берут, собираясь стрелять в голову.
— Значит, убийство было спланировано. Ладно, а что насчет подозреваемого?
— Малого, которого они допрашивали в первую ночь?
— Нет. Тем малым был Карлин, и они его отпустили.
Киско удивился:
— Как ты узнал, что это был Карлин?
— Услышал нынче утром от Боша.
— Ты хочешь сказать, что у них есть другой подозреваемый?
— Имени Бош не назвал. Показал мне фотографию человека, выходившего из здания примерно в то время, когда было совершено убийство. У него был пистолет, и он явно старался изменить свою внешность.
Глаза Киско гневно вспыхнули. Именно ему полагалось снабжать меня сведениями подобного рода, для него это был вопрос профессиональной чести. Если бы я рассказал Киско еще и о звонках из ФБР, он, глядишь, схватил бы наш столик и выбросил его в окно.
— Я попробую что-нибудь выяснить.
С едой мы покончили. Я достал сотовый, чтобы позвонить Патрику, и тут вспомнил еще кое о чем:
— Да, и еще одно, Киско. Загляни к ликвидатору Винсента, выясни, не придержал ли он одну из досок Патрика. Если придержал, я хочу получить ее назад.
Киско кивнул:
— Это пожалуйста. Нет проблем.
Задержанный медленными лифтами здания уголовных судов, я вошел в зал судьи Холдер с опозданием и торопливо проскочил через загончик секретаря суда в ее кабинет.
Она сидела за своим столом и, судя по черной мантии на ее плечах, собиралась провести в скором времени судебное заседание.
— Мистер Хэллер, наша встреча была назначена на десять часов. Надеюсь, вас известили об этом заблаговременно.