Я напрягаюсь при мысли о том, как он выплеснет на Хейван свою «обаятельную» индивидуальность, и могу только молиться, чтобы тот не оказался таким уж придурком.
— Я тут подумала, — говорит Хейван, растягивая последнее слово, — ничего, если две мои подружки приедут ко мне на выходные?
Я задерживаю дыхание, но отказываюсь поворачиваться, чтобы не выдавать, что подслушиваю.
— Правда? — взволнованно говорит она. — Хорошо. Да! Боже мой, спасибо! — Она визжит, и я представляю, как Хейс отводит телефон от уха. — Ты самый лучший! Пока! Он сказал «да»!
Я выдыхаю, благодарная за то, что ситуация закончилась хорошо. Интересно, знает ли Хейс, как ему повезло, что он не набросился на нее? Потому что если бы он это сделал, то мне пришлось бы заявиться к нему в офис и начать швыряться вещами.
— Я сейчас же звоню Мэг и Лии!
Я оборачиваюсь и вижу, что она отошла в сторону, чтобы позвонить своим подругам. Тэг встречает мой взгляд, и я вижу в нем вспышку беспокойства, за которой следует грустная улыбка.
Должно быть, он чувствует, как она ускользает.
И не только он.
Хейс
Звонок от Хейван стал первым проблеском счастья за весь день.
Прошлой ночью я почти не спал. Последнее слово осталось за Ванессой, а я все ворочался и ворочался, думая о том, как мне следовало бы ответить. И уже почти встал с кровати, чтобы потопать в комнату Ванессы и продолжить наш разговор, но решил, что не стоит давать ее не слишком тайному поклоннику еще один повод убедить Несс уехать из Нью-Йорка. Я отказался от сна и отправился в офис так рано, что включилась сигнализация в здании. Пришлось объяснять охранной компании, что на здании красуется мое гребаное имя, и это было неприятно для всех участников процесса.
Звонок Хейван с просьбой дать разрешение на приезд ее подруг в наш мир здесь, в Нью-Йорке, поднял мне настроение. Это дало крошечную капельку надежды на то, что, возможно, я не совсем все упустил со своим ребенком.
Она назвала меня лучшим.
В смысле, лучшим по сравнению с другим парнем.
То есть лучше, чем он.
Я выиграл.
И да, я такой мелочный.
— Эй, извини, я... Вау! — Хадсон вваливается в мой кабинет и смотрит на меня так, словно я — парящий призрак самого себя.
Именно тогда я чувствую, что улыбаюсь.
— Ты что... ты улыбаешься?
— Отвали. — Я заставляю себя нахмуриться, что выглядит как предательство.
— Братишка, — говорит он, и его голос звучит так радостно, что хочется его стукнуть. — Ты улыбаешься. По-настоящему улыбаешься. — Хадсон оглядывает мой кабинет, как будто может найти там голую женщину или курьера из «Картье», доставляющего часы. — Один. Ты один и улыбаешься. — Брат хмурит брови. — Ты умираешь?
— Думаешь, я бы улыбался, если бы умирал?
— Честно говоря, не могу придумать ни одной чертовой причины, которая заставила бы тебя так улыбаться. — Он ухмыляется. — Разве что... ты и Ван...
— Нет. — Вовсе нет. Эта женщина назвала меня ничтожным и жалким.
— Ах. — Его улыбка становится слащавой, и мне становится неловко за него. — Хейван.
— Что тебе нужно? — Я указываю на стопку дел на моем столе. — Я как бы в середине кое-чего.
— В середине улыбки...
— Хадсон.
— Ладно, ладно. — Он поднимает руки. — Я оставлю это. — Садится. — Пока.
Клянусь Богом, если он подмигнет, я швырну ему в лицо свой степлер.
Он подмигивает.
Я поднимаю степлер, и он быстро уклоняется от него.
— Слишком медленно. Как всегда.
— Чего. Ты. Хочешь?
— Я только что получил ответ от команды «Эмпайер Илэвн». Они хотят встретиться.
— Да, блядь. — Мы пытались договориться с ними о встрече с прошлого года, когда узнали, что они открывают новую операционную базу в Кливленде и ищут проект здания.
— Я думаю, мы должны вести себя непринужденно. Пусть это будет скорее ужин для налаживания отношений, чем то, как мы слюной захлебываемся от желания заключить сделку.
— Согласен.
— Хорошо. Мы забронировали столик в «Сэлер» на семь часов через две недели, в пятницу.
Я записываю информацию, чтобы внести ее в свое расписание.
— Что-нибудь еще?
— Да. Ты должен взять с собой Ванессу...
— Нет. — Я качаю головой. — Ни за что, блядь.
— Почему нет?
— Как бы я объяснил свои отношения с ней? Эй, мистер Лавкин, это девушка-подросток, которая от меня забеременела, и я оставил ее одну растить ребенка, о котором не знал.
— Хм, или ты мог бы представить ее как старую подругу.
— Ни в коем случае. Да и зачем ей вообще туда идти? Ей будет скучно до безумия.
— «Эмпайер Илэвн» — одна из крупнейших технологических компаний в мире. Ванесса хотела стать компьютерным инженером, не так ли? — Он поднимает брови, ожидая моего ответа.