– Ты ничего обо мне не знаешь, мам, – сказала я, усмиряя гнев. – Хочешь, расскажу, чем на самом деле я занималась последние месяцы?
Мама подняла брови.
– Говори.
В общем, вечер закончился тем, что меня назвали наркоманкой, а Гаяра – наркодилером. И якобы всё его богатство было нажито на таких, как я, наивных и доверчивых, и что я сама обманывала людей, втюхивая им дурь, и даже тёте успела продать каких-то порошков – уж больно она была счастлива со своим новым избранником! Хорошо, что я хотя бы не сказала о найденных сокровищах, а то мама бы тотчас забрала Бурого…
– Значит, в этом твоё счастье?..
– Моё – не твоё, пойми это уже! Я что, похожа на наркоманку? У меня исколоты вены? Глаза красные? Квартира как притон? Я влюблена, мама! Я люблю, вот в чём причина всех перемен! Может, ты уже признаешь, наконец, что это не я ошибку совершила, а ты никак не можешь смириться с ошибками собственного прошлого? Ты не видишь дальше собственного носа!
– Что?!
– Что слышала! – отозвалась я решительно. – Проблемы с позвоночником, с суставами, со зрением, недосып, вечная раздражительность – этого ты мне желаешь? Двадцать лет в ателье – завидная перспектива? Быть пристёгнутой к твоей юбке, дёргаться из-за каждого неверного стежка? Поэтому ты не можешь найти постоянных работников – никто просто не может выносить твоего беспрестанного контроля!
Мама поджала губы и поднялась со стула.
– Мне пора.
– Ты не поняла меня, мам, – грустно сказала я. – Тебе хочется найти сотню причин, чтобы якобы спасти меня, но вместо этого ты могла бы просто выдохнуть, расслабиться – и отпустить, начав новую жизнь. Живи для себя, мам. Начни с чистого листа. Попробуй что-то новое, рискни – и не пожалеешь. Ты давно уже не чувствовала насыщенный вкус приключений, не отдавалась с азартом счастью. Пусть будут ошибки, тебе ли их бояться? Тем более что мы с Анорой всегда будем рады поддержать, ведь, несмотря на твою несносность, любим тебя. Всегда будем любить. Это – правда.
Мама отвернулась, и я видела, что она вытирает слёзы.
– Мне пора, – повторил она. – Есть ещё дела. Не провожай.
Не такого прощания я хотела, но побежать и обнять её не посмела. Мама услышала всё, что я хотела донести, и, возможно, жизнь её изменится… Вот только я уже не увижу этих перемен.
Глава 18_2
В последнюю неделю моё душевное равновесие сильно пошатнулось. Я доделывала всё, что было необходимо, но теперь каждую секунду думала о субботе. Мне ещё предстояло как-то улизнуть от Гаяра, и, думая о том, что мужчину ждёт, я едва могла сдержать слёзы. Что было лучше: просто исчезнуть или погибнуть где-то в черте города? Представляя, какой ужас все испытают, обретя моё тело, я не могла отделаться от чувства вины. Наверняка мой уход посчитают самоубийством, но Гаяр уж точно попытается докопаться до истины, и когда-нибудь, возможно, поймёт, почему я ушла. Справится ли он? Простит ли меня? И что подумают Анора и мама? Ответов не было.
В ночь с понедельника на вторник ко мне явился знакомый алый призрак. Мы встретились во сне, у подножия высоченной лестницы, уходящей в серое промозглое небо, и я не спешила начинать разговор.
– Срок близится, – первым сказал дух. – Всего пять дней осталось. Я подумал, что у тебя есть ко мне вопросы.
– Зачем мне теперь ответы?
– Знание не бывает не ко времени, – прошелестел он.
У меня не было настроения с ним разговаривать, но я всё-таки спросила:
– Ты переместил мой дух в прежнее тело, но что стало с моей душой в прошлом мгновении?
– Она была замещена. И я переместил не только тебя. Все остальные тоже отправились из будущего в прошлое, просто они не помнят, что пережили.
– А как же Гаяр?
– Душа его запомнила мгновения смерти, своё блуждание во мраке неопределённости, тело смерти не знало.
Я посмотрела на медленно движущиеся ступени.
– Когда-нибудь они вспомнят?
– Возможно, когда ты уйдёшь.
Меня охватила дрожь.
– Гаяр не простит мне молчания.
– Он любит тебя, поэтому простит. Неужели ты думаешь, что после твоей гибели он будет держать злобу?
– Я бы злилась.
Дух опал на лестницу алой каплей.
– Выбор сделан. У Гаяра он тоже был. Ты желаешь ещё что-то узнать?
– Кто ты? Гаяр неоднократно говорил, что нет существа сильнее человека, только если оно не человеком создано.
– Вряд ли ты поймёшь, кто я, а, если и запомнишь мои сложные ответы – тотчас забудешь их вне реальности сна. Правильнее всего будет назвать меня энергией, которая водит дружбу со временем.