– Итак, Мила упала, – сказал Мэрши.
– Я…
– Пусть Гаяр расскажет, – мягко попросил доктор. – А я пока тебя осмотрю.
– Она свалилась со скалы в озеро, – сказал Гаяр. – И потеряла сознание. Пока откачивал её на берегу, оба промёрзли, но, к счастью, вертолёт нас быстро подобрал.
– Серьёзных травм нет, – сказал Мэрши, мягко и деликатно меня всю ощупывая. – Но я сейчас проведу полное сканирование и сделаю все анализы. Мила, у тебя что-нибудь болит?
– Плечо и запястье, – сипло сказала я. – Сильно, но только когда шевелю рукой. Ещё спина немного ноет. Голова чуть-чуть кружится, но не болит.
– Ясно. Я сейчас отвезу тебя в кабинет для исследований и пришлю Олару, чтобы взяла кровь. Не двигайся, пока мы всё не выясним.
– Хорошо. Спасибо.
Он нажал кнопку вызова, и, перед тем, как меня закатили в трубу для сканирования, пришедшая Олара взяла несколько пробирок крови.
– Вот так.
Так тщательно меня не осматривали даже после битвы с монстром.
– Растяжение плечевого сустава, сильный ушиб запястья, – сказал Мэрши. – Правой рукой пока что пользоваться нельзя. Тебе очень повезло, Мила, потому что в остальном ты здорова.
– Потому что она, когда падала, умудрилась изящно занырнуть, – сердито фыркнул Гаяр, и Мэрши улыбнулся.
– Магия бережёт тебя. Я выпишу мази, обезболивающее, и сделаю фиксирующую повязку.
– Огромное вам спасибо!
Мужчина кивнул, меня вывезли обратно в смотровую, и, пока доктора не было, мы с Гаяром друг на друга смотрели. Я кусала губы, мужчина хмуро потирал бороду, и, не выдержав, сказал:
– Ты не расскажешь мне, почему полезла туда?
Я помотала головой.
– Прости, не могу. Боюсь, что сделаю хуже тебе и всем остальным.
Гаяр прошёлся туда-сюда, взъерошил волосы и посмотрел на меня уже чуть мягче.
– Тогда позволь мне предположить. Не нужно слов, просто кивни, если я хотя бы приближусь к правде.
– Ладно.
– В Черногорье что-то случилось. Что-то страшное, коснувшееся тебя лично. Это была, конечно же, магия, но я не уверен, какая.
Я тихонько кивнула, хотя он и не во всём был прав.
– Ты связана клятвой, да? А раз боишься нарушить молчание, значит, имела дело с чрезвычайно могущественной сущностью, возможно даже, что с древней душой, пленённой горами.
Я моргнула, и Гаяр продолжил:
– Ты предприняла нечто опасное для успеха нашего дела, и взамен пообещала свою жизнь. Но в последний миг как будто обрела надежду – тот, кому ты клялась заплатить, передумал брать выкуп.
– М...
– Скорее всего, он изначально не планировал твоей гибели. Но – проверял.
– Зачем? – вырвалось у меня.
– Не знаю. Но будь уверена: я выясню.
Я виновато опустила голову.
– Если бы я могла, Гаяр… Поступить иначе… Я люблю свою жизнь хотя бы потому, что в ней появился ты, и никогда бы по собственной воле не пошла на самоубийство! Но иначе было нельзя.
– Удивительная ты, – со вздохом отозвался мужчина и подошёл ко мне, пальцем едва касаясь неподвижного запястья. – И смешная. Неужели думала, что смогла меня провести?
– Я надеялась.
– И зря! Ты наделала множество ошибок в последние дни, милая, а уж про сегодняшние метания я вовсе молчу.
– Как ты узнал, что я уехала в горы?
– Да очень просто, по амулету!
Я коснулась волка и смогла улыбнуться.
– Ах, да. Я забыла его снять.
– А ещё я звонил твоей тёте, а она – твоей матери, – продолжил мужчина. – Та подтвердила, что никакой встречи с тобой не планировала. К тому времени, как я сел в вертолёт, мне ещё и Мира позвонила. Вот она была в настоящей панике.
– Мне жаль, что я её втянула. Я извинюсь при первой возможности!
Гаяр склонился, касаясь губами моего лба.
– Она не держит на тебя зла, наоборот, переживает. Все ждут новостей, ведь ты, если не забыла, теперь часть Оазиса.
– Я помню.
В кабинет вошёл Мэрши, сделал укол, отдал лекарства и бумагу с рекомендациями, и попросил меня прийти на приём через два дня.
– Тогда будут готовы все анализы, и мы определим твою руку в специальную гибкую основу. Сейчас старайся ей вообще не двигать, пусть Гаяр помогает тебе всё делать.
Я ещё раз его поблагодарила, а затем Гаяр закутал меня в огромный плед – моя одежда была ещё влажной и грязной. В машине мужчина поместил меня, словно огромного запеленатого младенца, на заднее сиденье, пристегнул, и велел отдыхать.