– Мне больше всего изумрудное понравилось, – сказал Гаяр. – Хотя и вот это, с открытой спинкой, отличное.
– Мне зелёное тоже нравится. Вообще-то они все красивые. На золотом великолепно выполненная вышивка, у голубого мне нравится, как обыгран рукав… Коралловое самое романтичное, и вырез сзади не слишком глубокий, в самый раз. – Я улыбнулась ему. – Ты прав. Надо выбирать между изумрудным и цветочным.
– Чего выбирать-то? – улыбнулся мужчина. – Берём оба!
– Уверен? Дорого! – слабо запротестовала я.
Гаяр подошёл ближе и мягко обнял меня, всё ещё одетую в сверкающий наряд.
– Я уверен, что хочу видеть тебя такой улыбающейся, счастливой и красивой. Деньги пришли, ушли… Для чего ещё я их зарабатываю? – Он погладил меня вдоль позвоночника, пуская мурашки, и продолжил: – Конечно, много средств уходит на благотворительность. Тут у нас с ребятами тоже есть разделение обязанностей – Ашри, например, помогает больницам и малообеспеченным семьям, я – бездомным людям и одиноким старикам. Мадир предпочитает приюты для животных, Сурам, как перекати-поле, на подхвате. Деньги нужны для того, чтобы их тратить, но, когда я покупаю что-то дорогое, совесть моя чиста. Вот если бы я, подобно главе клана Скорпионов, носил платиновые часы за несколько миллионов, или построил себе дворец с золотыми унитазами – это было бы чересчур.
– Согласна. И я всегда знала, что у тебя доброе сердце, и что ты щедр.
– Значит, берём оба, – заключил Гаяр, и вскоре мы уже шагали дальше, разглядывая витрины.
Отдел, где Гаяр заказывал костюмы, также принадлежал его знакомому, и владелец тоже был туаром. Я была рада присутствовать на примерке, любуясь тем, как уверенно мужчина облачается в элегантные наряды.
– Здесь ещё и отдел тканей есть, – сказал Гаяр, когда мы забрали два его новых костюма и пару рубашек. – Зайдём?
– Да!
Правда, в этот раз мужчина ничего мне не советовал – ему позвонил Ашри, и Гаяр что-то долго с другом обсуждал на туарском. Я же взяла корзинку на колёсиках и пошла выбирать ткань и нитки, но успела только полюбоваться сиреневым бархатом и бежевым вельветом, из которого хотела пошить брюки. Телефон мой был пока что цел, хотя звонил негромко, и я в последний миг сообразила достать его.
– Мила, здравствуй. Это Олара из клиники, – донёсся из трубки знакомый голос. – До тебя не дозвонишься!
– Здравствуй, Олара! Я была в Туаре, на телефон не реагировала.
– А, понятно. Можешь сейчас говорить?
– В принципе, да. Что-то случилось?
– Дело в твоих анализах. Помнишь, мы повторно кровь брали?
Я улыбнулась, но сразу насторожилась.
– Ничего, я могу ещё сдать, если необходимо. А что с результатами? Я здорова?
– Дело в том, что мы всегда делаем дополнительные анализы – на всякий случай, – сказала женщина. – Просто чтобы и пациент был в курсе проблем, если таковые обнаружатся… Да что я тяну резину! Ты беременна. Срок небольшой, и это чудо, что после падения с горы с эмбрионом ничего не случилось.
Наверняка глаза мои натурально вылезли из орбит, и я быстро огляделась в поисках Гаяра: он по-прежнему разговаривал с другом, и в мою сторону не смотрел.
– Не беспокойся. Никто не знает, – продолжила женщина.
– Но мы предохранялись… Мы же не могли… Олара, это точно?
– У нас отличное оборудование, так что да. Я рекомендую тебе уже сейчас начать подыскивать врача. Если, конечно, вы решите оставить ребёнка.
– Аборт? Нет, ни за что!
– Тогда советую наблюдаться у нас в клинике. Здесь отличное родильное отделение.
– Х-хорошо, – растерянно заикнулась я. – Спасибо!
– И ты, пожалуйста, после нового года обязательно приходи повторно сдать анализы и обследоваться. А ещё, Мила, постарайся избегать стрессовых ситуаций!
Я пообещала, хотя была не уверена, что смогу. Эта ситуация уже была стрессовой, ведь мы только сегодня утром обсуждали все грядущие планы, которые были грандиозными. К тому же у нас было полно работы, забот, всего самого разного… А малыш – это ответственность, событие, полностью меняющее жизнь!
Мы попрощались, и, чтобы унять дрожь в пальцах, я пошла щупать ткани. Кровь то приливала к щекам, то уходила в пятки, и у меня немного кружилась голова. Беременна! Я не понимала до конца смысл этого слова, мысли сбились в кучу, но некая важная часть меня ликовала. У нас будет ребёнок! Нужно сказать Гаяру!
Я остудила восторг, глубоко вдохнула, и решила не торопиться. Скажу ему в новогоднюю ночь, так будет лучше всего. Конечно, этого мы не планировали, но не будет же Гаяр ругаться! Да и, если подумать, это было настоящим чудом, а чудеса просто так не случаются.