– Знаю, это выглядит банально, но…
Я сглотнула слёзы, потому что Гаяр поцеловал середину моей ладони и сказал:
– Малышка, ты выйдешь за меня замуж?
Сердце ударило дважды, прежде чем я прошептала:
– Да. Я люблю тебя!
– И я тебя, моя красавица. Надеюсь, этот комплект ты наденешь на свадьбу.
– Обязательно! – сказала я и поцеловала мужчину. – Он прекрасный! Я такие украшения только в кино видела, и обычно их там выкрадывали из банковских хранилищ…
Гаяр хотел было опрокинуть меня на постель, но я придержала его.
– У меня тоже есть для тебя особенные подарки.
– Хорошо. Я готов.
Я принесла большой пакет.
– Вот первый.
Гаяр порвал бумагу в снежинках и достал белый свитер – тяжёлый и мягкий, тот самый, что я так спешила закончить перед смертью.
– Ого! – искренне восхитился мужчина. – Ты сама вязала?
– Конечно. Примерь, пожалуйста!
Мужчина тотчас натянул свитер на майку и широко улыбнулся.
– Чрезвычайно мягкий, сразу понятно, что это твоих рук создание!
– Сидит отлично, и тебе идёт.
– И мне он очень нравится, котёнок. Мне нравится всё, что ты создаешь, и ты сама.
– Вся целиком? – с бьющимся сердцем спросила я.
– Конечно! – Он пристально посмотрел мне в глаза. – Почему у тебя такие румяные щёки? Что-то случилось?
– Да, – отозвалась я сбивчиво. – Случился второй подарок, Гаяр.
– В каком смысле? Так, Мила, говори, в чём дело, а то я начинаю нервничать!
Я тихо рассмеялась и обняла его, пряча лицо у мужчины на груди.
– Даже не знаю, как тебе сказать… Я сама нервничаю.
– Мила! – возмутился мужчина. Ладони его нежно охватили мою голову. – Посмотри на меня! Ну, что?..
Я поцеловала его в приоткрытые губы и ответила тихо:
– Папой ты будешь, вот что.
– Чьим папой? – смешно нахмурился Гаяр, и смех мой стал громким.
– Твоего, то есть нашего ребёнка.
Я положила его широкую ладонь на свой живот, и глаза Гаяра расширились. Казалось, в один миг в них поселилась сотня чувств, но ещё через секунду осталась только дрожащая нежность.
– Беременна?! – воскликнул он.
– Да!
– Серьёзно?
– Да, да!
– Но когда, малышка?
– Думаю, в тот раз в палатке…
Гаяр принялся целовать моё лицо, не давая ни слова сказать, ни вдохнуть как следует, и, одарив, по меньшей мере, сотней поцелуев, усадил к себе на колени.
– Ты правда рад? – робко спросила я.
– Конечно, маленькая! Я счастлив! Но когда ты узнала?
– Три дня назад Олара позвонила, и я решила потерпеть до праздника, чтобы сказать тебе.
– Беременна, – повторил Гаяр. – Мы ждём малыша! Этого я не предвидел… – Он осторожно погладил мой живот. – Как ты себя чувствуешь, детка?
– Нормально. Ну, устаю чуть больше, чем обычно… Гаяр, ты правда не сердишься? Мы ведь этого не планировали!
– Неужели ты думаешь, что я стал бы злиться? – поднял брови мужчина. – Никогда! Наоборот, я рад, что был тогда недостаточно осторожен, – и он смешно лизнул меня в щёку.
– По-моему, в тот раз речь об осторожности вообще не шла!
Мы рассмеялись.
– Это в любом случае чудо, – сказал Гаяр. – И мы его будем беречь.
– Может быть, её? – лукаво улыбнулась я.
– Нет. Будет мальчик, я уверен.
– Ладно. Как скажешь. Всё равно главное, чтобы ребёнок хорошо развивался.
Ещё долго мы лежали в обнимку и разговаривали о будущем. Гаяр гладил мою руку, всё целовал пальцы, и глядел так проникновенно и счастливо, что у меня всё внутри замирало от блаженства.
– Нам ведь можно сейчас заниматься любовью? – тихо спросила я, коснувшись его груди.
– Думаю, да, но теперь я уж точно буду осторожен. И тебе обязательно надо будет сходить на обследование.
– Только если с тобой.
– Конечно!
Он склонился надо мной, мягко поцеловал в лоб, потом в щёку, и коснулся моих приоткрытых губ.
– Это лучшая новогодняя ночь в моей жизни!
– И в моей, – отозвалась я, обнимая его за шею и притягивая к себе для страстного поцелуя.
– И она станет ещё лучше, – пообещал Гаяр.
Мы разделись и прижались друг к другу, сплетая ноги.
– Моя любовь, – сказал Гаяр, не мигая глядя мне в глаза. – Моё чудо.
– Мой упрямый, ворчливый, самолюбивый, – отозвалась я, щекотя его спину. – А ещё милый, замечательный, желанный! Мне так нравится тебя касаться, Гаяр…
– Продолжай, малышка.
– Что?
– И говорить, и трогать.