– Верю, верю, – с улыбкой кивнул Гаяр, но в глазах плясали озорные огоньки. – Ещё ягодного чаю?
– Да, пожалуйста. Вот без чего я не могу жить, так это без чая!
Я чувствовала себя в компании Гаяра всё более спокойно и уверенно. Даже надела одно из любимейших платьев – длинное, нежно-розовое, лёгкое, словно облако. Пришлось, правда, отправиться в гладильную комнату, зато со светлой соломенной шляпой наряд смотрелся отлично.
После завтрака мы сели в машину и продолжили путь, и я то и дело ловила на себе внимательные взгляды Гаяра. Мужчина не спешил делать мне комплементы, но я чувствовала, что образ ему нравится. Мы говорили в основном о своих семьях, а ещё об увлечениях, учёбе и работе. С мужчиной можно было делиться всем, не боясь насмешек. Примерно так я чувствовала себя с тётей, которая всегда внимательно слушала и ласково смотрела.
К храму, о котором Гаяр говорил, мы приехали после полудня. Правда, машину пришлось оставить на стоянке, и по жаре топать на вершину холма, где и находилось загадочное древнее место. Мужчина, прежде чем мы ступили на тропу, попросил меня заплести волосы, и сам проверил, чтобы пряди не торчали из-под шляпы.
– Это не обычное туристическое место. Хорошо, кстати, что ты надела длинное платье, а то пришлось бы переодеваться. Идём?
– А мне сюда вообще можно? – улыбнулась я.
– Со мной – да, но одну бы не пустили.
– А фотографировать разрешено?
– Нет. И не отходи от меня, пожалуйста.
Гаяр крепко взял меня за руку, и мы начали подъём. Я больше смотрела по сторонам, радуясь, что жертвоприношения давным-давно канули в прошлое. Почему-то в этот миг мой попутчик и гид представлялся никем иным, как вербовщиком колдуний, некоторых из которых затем приносили в жертву.
– В этом храме богам поклонялись? – на всякий случай спросила я.
– И разговаривали с духами. Сейчас они все спят, а некоторые умерли.
– Духи могут умереть?
– Не уйти навсегда, не раствориться в пустоте. Одни энергии переходят в другие, но для нас их перерождение подобно угасанию, ведь мы больше не можем их слышать. – Он задумчиво улыбнулся. – Конечно, когда-нибудь они вернутся, но это будет иное время со своим ритмом и вкусом.
– Так ты его ещё и пробуешь? – улыбнулась я.
– И чувствую, и слышу, и могу с ним говорить. Так же, как умели мои далёкие предки.
– Мне нравится та особая интонация, с которой ты произнёс последнее слово.
Гаяр легонько погладил моё запястье большим пальцем.
– Потому что мой род – моя память, моя основа. Я черпаю силы не только из пространства, но и от глубоко уходящих в прошлое корней.
Некоторое время мы взбирались молча, и я больше не глазела по сторонам. Тропа была натоптанная, но крутая, приходилось осторожничать. Правда, Гаяру вскоре надоел избранный мной темп, и он некоторое время нёс меня наверх на руках.
– Надорвёшься!
– Скажешь тоже! – фыркнул мужчина. – Отличная тренировка.
Он донёс меня до белых ступеней, покрытых ржаво-красными узорами, и поставил на ноги.
– Спасибо, – улыбнулась я. – Ты со мной на руках шёл быстрее, чем я своими двумя.
– Я хотел, чтобы ты набралась сил для дальнейшего подъёма. Здесь триста пятьдесят ступеней.
– Вроде бы не слишком страшно, этаж восемнадцатый… Но, боже, какие они высокие!
– Вот-вот, – усмехнулся мужчина. – Давай руку, полезли.
Лестница словно уходила в облака, и я пожалела, что не надела кроссовки. Приходилось приподнимать подол платья, чтобы в нём не запутаться, и шляпа то и дело сползала на нос. Гаяр-то шагал уверенно и широко, усмехаясь и щуря светлые глаза.
Я благословила последнюю ступеньку и ту прохладу, что ждала нас под сводами храма. Всё внутри было выложено синей мозаикой, и в центре залы прямо из пола бил маленький источник.
– Пить хочешь? – спросил мужчина.
– Ещё как!
Он взял красивый голубой ковшик и зачерпнул воды.
– Ничего вкуснее в жизни не пробовала!
Гаяр зачерпнул ещё, но выпить я не успела: из дальней арки появился пожилой мужчина. Он что-то сказал Гаяру, и тот холодно ответил. Я поняла только, что они используют незнакомое наречие и говорят обо мне. Незнакомец сдержанно сердился, мой кавалер был спокоен. Пожилой мужчина часто повторял одно и то же слово «аджи», и в конце концов Гаяр взял мою руку и нежно поцеловал пальцы, а затем мягко обнял за плечо и притянул к себе.
– Дэшэн, – пробормотал мужчина и, кивнув нам, ушёл.
– Что случилось? – шёпотом спросила я. – Мне сюда нельзя, да?
– Со мной тебе везде можно. Пей.
Самоуверенный тон Гаяра меня немного успокоил, но появилось ощущение, что за нами наблюдают. После того, как мужчина тоже утолил жажду, мы отправились выше, на балконы над пропастью, с которых было видно лес и пустыню. Стоять на них, ничем не ограждённых, было страшновато, и я прижималась к Гаяру, который был не против объятьев.