Он дал мне понюхать один парфюм, потом второй, и глаз не сводил, а я всё больше смущалась, хотя виду не подавала.
– Хотите, чтобы я сказала честно?
– Конечно же.
– Первый аромат яркий, напористый, но, по-моему, чересчур сладкий и грубоватый. Второй более сдержанный, тихий, но обволакивающий и таинственный. Первый не оставляет места для фантазии, хотя он и страстен до невозможности, второй же, хотя и не начинает так дерзко, со временем, как мне кажется, потрясающе красиво раскроется. – Я поправила шляпу и добавила: – Но я не эксперт. Это лишь первое впечатление.
– И всё же вы бы выбрали?
– Однозначно второй. Мне нравится таинственность.
– Замечательно, – улыбнулся мужчина, и взял строгий тёмно-фиолетовый флакон.
Мы отправились к кассе, а затем вышли из отдела вместе.
– Меня зовут Гаяр, – представился мужчина.
– А меня Мила.
– Рад знакомству, – сказал мужчина, слегка склонив голову. – Если вы сейчас направляетесь домой, позвольте проводить вас.
– Благодарю, если вам это удобно.
Мы зашагали к выходу, и, несмотря на дружелюбие и учтивость Гаяра, мне было рядом с ним тревожно. Наверное, существенную роль играла внешность мужчины, и, конечно, его немалый рост. Я сама была высокой по меркам Тальмии, но макушкой едва маячила на уровне плеча нового знакомого.
– Вы в Туаре по делам или в отпуске?
– Отдыхаю от холодного лета Тальмии.
– Неужели приехали одна?
– С подругами, но у нас с ними разное понимание отпуска. Полагаете, я рискую не вернуться на родину?
– Разве вас не предупреждали, что красивые женщины здесь надолго одни не остаются? – улыбнулся Гаяр.
Я рассмеялась.
– Стремительное замужество не входит в мои планы.
– А вас никто спрашивать не будет, – сощурился Гаяр, но, не успела я испугаться, как мужчина весело мне подмигнул: – Шучу, и всё же позвольте дать вам совет.
– Конечно.
– Надевайте что-нибудь менее броское, нежели этот голубой сарафан. А вот шляпа – отличное решение. Впрочем, вам решать, будут ли у ваших ног охочие до необычной красоты туары.
– В Тальмии таких как я сотни.
– Не могу с вами согласиться, – тотчас отозвался мужчина. – Я сам из Тальмии, живу там уже много лет. Взять, к примеру, ваши глаза.
– Что же в них особенного? – с улыбкой спросила я. – Зеленоглазые встречаются на северном материке достаточно часто.
– Но у вас совершенно удивительный оттенок! Столь нежный, тёплый и манящий. Настоящая весна во взгляде.
– Благодарю, – сказала я, понимая, что лучше больше не провоцировать мужчину на комплименты. – Поверьте, я вовсе не жалуюсь на свою внешность, просто среди моих подруг и правда достаточно красивых…
– Означает ли это, что вы довольны своей внешностью?
– Вполне, – кивнула я. – А вон и мой отель.
Интуиция подсказывала, что с Гаяром лучше не связываться, и мне хотелось поскорее скрыться в своём номере. Одновременно я хотела продолжить общение, узнать мужчину лучше, но стоило ли рисковать?
Мы перешли дорогу, и Гаяр мягко придержал меня за локоть. Затем на непонятное восклицание местного он ответил неведомой, но весьма действенной фразой, и мужчину как ветром сдуло с нашего пути.
– Женихи, – криво усмехнулся Гаяр.
– Меня сложно впечатлить, – отозвалась я. – Излишняя требовательность и упрямство женщину не красят.
– Ну, это не вам решать.
– Правда?
– Женщина как раз должна быть разборчивой, в Туаре это только приветствуется. Да и упрямство может быть милым.
– Ничем вас не отпугнёшь! – рассмеялась я.
– А, вы об этом. Тоже по приезду читали правила посещения столицы?
– Конечно. Они выдаются каждой женщине в обязательном порядке. Скажете, зря о туристках беспокоятся?
– Если вы ветреная особа – нет. Остальным, полагаю, хватит ума не выходить замуж за первого встречного.
– Симпатичного первого встречного, – уточнила я с улыбкой. – Хочу заметить, все туары весьма привлекательны.
Гаяр широко улыбнулся.
– Значит, я тоже?
– Конечно. Явно следите за своей физической формой, хорошо пахнете, да и щетина у вас опрятная… – Я не выдержала его удивлённого взгляда и прыснула. – Я просто вас подкалываю, хотя всё сказанное правда. Мне действительно нравится, что туары берегут здоровье и не слишком увлекаются алкоголем.
– В вашем голосе слышна странная интонация.
– Наверное, потому, что я не столь придирчиво отношусь к собственной внешности, и понимаю, что не имею права что-то от мужчины требовать.