И вот теперь, потихоньку разглядывая приподнявшегося Гаяра, я понимала, что он – самый совершенный образец для изучения мышц, однако не его идеальное сложение вызвало у меня интерес и одновременно смущение.
– Почему замерла? – тихо усмехнулся мужчина.
– Да просто увидела достаточно, чтобы слегка испугаться, – прошептала я, чувствуя, как горят щёки.
– Но ведь я обещал, что ничего воистину развратного делать с тобой не буду. Только нежная страсть, милая. Только тепло поцелуев и, если позволишь, прикосновения рук.
– Да.
– И не забудь, что тебе тоже можно касаться, – напомнил Гаяр.
Я не могла больше сдерживать любопытство и на миг легонько коснулась его твёрдой плоти.
– Хорошо, что только лампы горят, потому что я покраснела, как свёкла.
Мужчина рассмеялся.
– Тебе нужно расслабиться, Мила. Хочешь, не буду до конца раздевать тебя?
– Нет, лучше раздень. Хочу почувствовать тебя. Я, когда волнуюсь, всегда мёрзну…
Гаяр не спеша расстегнул лифчик, затем также медленно стянул с меня трусики. Мне очень хотелось понравиться ему, хотя я и знала, что выгляжу хорошо, несмотря на отсутствие в моей жизни достаточных физических нагрузок.
– Кожа у тебя такая гладкая, бархатистая, – сказал мужчина, поглаживая мой живот и накрывая ладонями грудь. – Само совершенство.
Я закрыла глаза, с трепетом внимая движениям его пальцев. А когда Гаяр склонился и тронул мою кожу губами – покрылась мурашками до самых пяток. Как я прежде жила без столь сладкой, покоряющей ласки? Наверное, просто сдерживалась, ведь именно это качество мама считала самым важным.
– Замечательная, – между тем продолжал шептать Гаяр. – И пахнет от тебя цветами… м, ландышем.
– Я не душилась, – прошептала я.
– Я знаю. Просто ты сама как цветок.
Мужчина принялся гладить мой живот и бёдра, постепенно разводя мои ноги всё шире, и вот уже его пальцы опустились ниже, нежно, едва ощутимо касаясь и дразня.
– Ты же помнишь… – Я выдохнула. – Помнишь, что у меня… никого… Гаяр, я так вряд ли выдержу хотя бы пару минут!
– А не выдержишь – что будет?
– Не знаю, – отозвалась я тихо. – Но чувствую море внутри себя. Тёплое, бесконечное, безумное море. Это так приятно, что я не могу описать…
– Значит, продолжаем дразнить твоё море?
– О, да! Если ты остановишься, я тоже сделаюсь безумна.
Его руки творили чудеса, губы ласкали мою грудь. Через минуту я уже не могла сдерживать стонов, и Гаяр ускорил темп. Я робко касалась в ответ, пока не осталось ни капли смущения на краю бури. Мне лишь хотелось, чтобы скопившееся напряжение нашло выход, и вдруг мужчина, склонившись, что-то нежно прошептал мне на туарском.
Не знаю, о чём он говорил, но это подействовало на меня ошеломляюще. Я вскрикнула, чувствуя невероятный сладостный взрыв, и крепко обхватила Гаяра ногами. Не знаю, сколько именно продолжалась эта восхитительная пытка, но после пришло такое расслабление, которого я и после массажа не знала. А дальше – только солнце, щекотное мужское дыхание и нежность, которая подействовала на меня как колыбельная…
Глава 4_2
Мы добирались до моря ещё полтора дня, и я не могла отделаться от мысли, что долгое время не знала настоящую себя. С Гаяром мне было так легко и радостно просто быть, просто смеяться и общаться на самые разные темы, что даже наши ночные ласки уже не казались бесстыдством. В конце концов, он был опытным мужчиной, а я – отнюдь не маленькой девочкой. Правда, у наслаждения была и обратная сторона – теперь я не могла забыть то всепоглощающее, чудесное чувство, что объяло моё тело на пике страсти. Я вспоминала глаза Гаяра в тот миг, его приоткрытые в ласковой усмешке губы, его дыхание на своём лице… Мне хотелось верить, что мужчине понравилось всё, что произошло, но я всё-таки спросила, доволен ли он.
– Более чем, Мила. Для меня было удовольствием видеть, как ты лежишь счастливая и расслабленная в моих объятьях.
– Но ты ведь не ощутил того же, что я… – неуклюже попробовала намекнуть я.
– Далеко не всегда достигнуть пика – изначальная цель близости. По крайней мере, для меня. Поэтому не беспокойся, детка. Обещаешь?