Когда я вышла в комнату, Гаяр сидел у окна, попивая что-то из большой кружки и глядя в монитор.
– Ты пойдёшь?
– Да, через минуту.
Я села на кровать чесать волосы. Казалось, в эти мгновения магия окутывала нас особым теплом. Пришла в голову мысль, что так мирно и радостно бывает в любящей семье, даже когда каждый занят своим делом. Когда пряди окончательно высохли, я снова надела белое платье и, собрав волосы, заколола их одной из самоцветных заколок. Гаяр продолжал сосредоточенно чем-то заниматься, и мне ничего не оставалось, кроме как разобрать пакеты, тщательно изучив каждый подарок. Не утерпев, я примерила колечко в виде цветка, и некоторое время любовалась тем, как играют на свету цветные камушки.
– Я закончил, пойду ополоснусь. Дай мне пять минут.
– Всё в порядке, – улыбнулась я. – Не торопись.
Гаяр кивнул и скрылся в ванной, а, когда вышел, уже был одет в белую рубашку и джинсы.
– Как тебе образ для первого свидания?
– Классно! Мне кажется, на тебе что угодно будет отлично смотреться.
Гаяр взъерошил влажные волосы, и улыбнулся, заметив у меня на пальце кольцо.
– Рад, что ты его надела. Пойдём?
Я подала ему руку, и мы покинули номер, чтобы вскоре занять столик на просторной крытой веранде. И снова была вкусная еда, музыка и разговоры, и с каждым мигом я чувствовала себя всё более счастливой. Океан переливался золотом, слышались крики чаек, и пламенело внутри меня новое чувство – если не любовь, то уж точно привязанность. Могла ли я всецело Гаяру довериться? И доверял ли он мне?
Я попробовала местные морские деликатесы, свежие соки и два разных десерта. Не сказать, что Гаяр на этом «свидании» вёл себя как-то иначе, но выражение его глаз едва уловимо изменилось. Он рассказывал мне весёлые истории, и, когда я начинала смеяться, касался выбирающихся из причёски прядей, щекотал меня за ухом, поглаживал мои пальцы. Каждое новое прикосновение было слаще предыдущего, словно, стоило мне улыбнуться, как чары Гаяра усиливались. После еды мы отправились гулять на пляж, и я тотчас побежала мочить ноги. Гаяр, стоя у границы прибоя, смотрел на меня с улыбкой и ничего не говорил.
– Почему не идёшь ко мне?
– Просто нравится смотреть, как ты порхаешь, словно золотой мотылёк. Если я приближусь, то своей жучиной неуклюжестью испорчу тебе танец.
– Однако, скромный ты жук! Что-то не замечала прежде неуклюжести – ни в танцах, ни в постели.
Гаяр хмыкнул, а я стала отходить от него всё дальше – пусть попробует поймать, не заходя в воду! Было уже не важно, что я промочу платье. Мужчина не спеша двигался следом, но, когда я неожиданно бросилась наутёк, отстал на порядочное расстояние. Впрочем, он и нагнал меня быстро, и в попытке друг друга обхитрить мы рухнули в воду.
Давно я так не хохотала, да и Гаяр смеялся взахлёб. Он поднял меня, вдрызг мокрую, на руки, и отнёс на сушу, где попытался привести в порядок, но платье прилипало то к бёдрам, то к ягодицам, и никак не желало подчиняться его ловким пальцам.
– Сама шалунья, и наряд у тебя шаловливый! – сказал мужчина.
Я прижалась к его груди, всё ещё смеясь. Всё равно у наших шалостей не было свидетелей, но, даже увидь меня кто-то в таком виде – не смутилась бы. Просто в этот миг я была сосредоточена на нашем объятии, тепле и прохладе, и звонкой песне ветра.
– Зато искупались!
– Для того, чтобы падать в океан, есть купальник, – сказал Гаяр, мягко сжимая мою талию. – Или тебе так жарко, что купание не могло подождать?
– Мне хорошо, – ответила я. – А тебе?
Если для него было важно узнать, что я думаю о нём, я хотела знать, что он чувствует.
– И мне, – отозвался Гаяр. Неожиданно проказливо улыбнулся – и вдруг, подхватив меня на руки, бросил в воду.
В общем, в номер я шла в его рубашке, так как платье просвечивало, а мужчина, соответственно, шагал полуголым. Оба продолжали улыбаться, и было мне хорошо как никогда. Мы переоделись, и снова пошли на берег, но уже в купальных костюмах. Океан был достаточно тёплым, чтобы я плавала долго, лишь изредка вылезая на сушу и плюхаясь в шезлонг рядом с Гаяром.