Я не застегнула пальто, и ветер тотчас разворошил пряди. На улице, правда, потеплело, но Гаяр, вышедший из машины, всё равно вместо того, чтобы поцеловать или обнять, обворчал меня.
– Я для чего шапку купил?
– Так ни дождя, ни холода! И я из тепла сразу в тепло, – широко улыбнулась я.
– Ну, ладно. – Он всё-таки обнял меня за пояс, притягивая к себе. – Хорошо выглядишь.
– А вот ты усталый.
– Работы было много. Что, поедем куда-нибудь ужинать?
Я коснулась его щеки, и Гаяр как будто напрягся, но всё же улыбнулся.
– Что молчишь? Неужели не голодная?
– Ты совсем дома не готовишь?
– Бывает. Просто обычно мне не до этого. Хочешь попробовать?
– Как-нибудь – обязательно. Я сегодня очень голодная.
– Тогда решено, едем в ресторан.
– Но перед этим давай заедем ко мне. Я уже сутки дома не была!
Гаяр был только за, правда, нам долго пришлось искать парковочное место.
– Где ты говоришь тот бородатый стоял?
– Вон там. Я его первый раз увидела на пробежке.
– Если появится снова – я с ним поговорю.
Мне почему-то стало неуютно от его слов. Было ведь понятно, что Гаяр от слов быстро перейдёт к делу.
Мы вошли в подъезд, поднялись на последний, шестой этаж, и я сразу включила свет.
– Проходи.
– Предлагаешь заночевать у тебя? – улыбнулся мужчина.
– Как тебе захочется. Я, к сожалению, не могу предложить ни щётку, ни домашнюю одежду… Хотя ты можешь спать и голышом, в спальне тепло.
– Я подумаю над твоим предложением, – то ли в шутку, то ли серьёзно сказал мужчина.
Пока я переодевалась, Гаяр прошёлся по квартире и заглянул на балкон.
– Ты что, ремонт делаешь?
– Пытаюсь, – ответила я, поправляя плиссировку на бежевой юбке. – Но пока что не очень получается. Я должна была балкон ещё летом закончить…
К юбке отлично подходила белая шёлковая блузка с пуговицами-розочками, и я, сосредоточившись на их застёгивании, так и подпрыгнула, когда Гаяр обнял меня сзади.
– Помочь?
Руки его скользнули под ткань, и мужчина сжал меня так сильно, что я глухо застонала.
– Одеться или раздеться?
Гаяр поцеловал меня в шею, коснулся губами уха, и по телу прошла дрожь от его тихого голоса:
– Если бы ты знала, как я голоден…
Я запрокинула голову, и он тотчас поцеловал меня, мягко поддерживая за затылок.
– Одеться, – через минуту сказал мужчина хмуро. – Определённо одеться.
Он коротко поцеловал меня в щёку, ловко застегнул остатки пуговиц, и кивнул на балкон:
– Я помогу, если хочешь.
– А ты умеешь?
– Что за вопрос, милая? Конечно! Хотя, по правде, будет проще привлечь Ашри, так как он строитель. Потолок у твоего балкона выглядит хлипким, да и пол тоже… Ты давай на него лишний раз не выходи, поняла?
Я прикусила губы, чтобы не рассмеяться.
– Ты такой милый, когда командуешь!
– Тебе это не нравится?
– Наоборот, очень даже. Идём?
Гаяр кивнул, и вскоре мы уже сидели в кафе на Набережной. Заведение это было попроще вчерашнего – наверное, потому, что его выбрала я. Хорошо, что Гаяр был не против, хотя официантка кинула на него любопытный взгляд. Наверное, сюда нечасто заходили подобные туары – в элегантном костюме, пальто и идеально блестящих туфлях, к тому же с дорогущими часами на руке.
– Ты всегда так выглядишь на работе?
– Часто, – ответил мужчина с улыбкой. – Нравлюсь?
– По правде, в любом виде. Джинсы, светлая рубашка и сандалии тебе тоже к лицу.
Нам принесли незатейливые лёгкие блюда, и некоторое время царило молчание: я ела, Гаяр пробовал.
– Нормально, – через несколько минут сказал он. – Кстати, не могу не отметить твой безупречный облик, Мила.
– Спасибо. На работе я, как ты мог заметить, ношу удобное – джинсы и рубашки, комбинезоны, но куда больше люблю платья и юбки.
– Да, я помню. Нежная романтика. Знаешь, ты – отличный пример того, что настоящая женственность должна идти от сердца. Этот твой смешной рабочий комбинезон кого-то другого бы изуродовал, но на тебе он великолепен, потому что ты светишься изнутри.
Я слегка покраснела.
– Спасибо. Мне так приятно это слышать…
– Кстати, о твоём тепле и сиянии. Я бы хотел предложить тебе работу.
Кусок рыбы упал обратно в тарелку, и я смущённо вытерла губы салфеткой.
– В каком смысле, Гаяр?
– В прямом. Хочу, чтобы ты работала со мной.
– Но кем? – удивлённо улыбнулась я.
– Моей помощницей. Ты хлебни водички на всякий случай.
Я послушалась, предчувствуя нечто неожиданное, и не ошиблась.