В понедельник я едва смогла проснуться в восемь – легли мы точно не раньше двух часов ночи. Первым делом мне нужно было отправиться в ателье и с глазу на глаз поговорить с мамой. Я заранее готовила себя к ссоре, но всё вышло совсем не так, как представлялось. Мама не только спокойно восприняла новость о моём уходе из ателье, но как будто даже хотела, чтобы я поскорее убралась с её территории. Её равнодушие было ещё хуже ругани и обид, и мои обещания помогать в мастерской по мере возможности она приняла холодно.
– Это твоя жизнь, Мила. Тебе решать, как ты будешь распределять время. Главное, суди себя строго, несмотря на все подарки судьбы.
Я кивнула и подошла обнять её, что мама восприняла это также спокойно, как и все мои признания.
– Тебя как будто подменили, – сказала я.
– Я обещала сестре, что не стану мешать твоему счастью, но ты всегда должна помнить нашу договорённость.
– Я помню, мам.
– Вот и хорошо.
Гаяр, ждавший в машине, встретил меня улыбкой.
– Не ощутил всплеска энергий. Не поругались?
– Нет, – отозвалась я хмуро, – но она вела себя странно. Возможно, Анора и правда сильно на неё повлияла, хотя обычно бывает наоборот. Ладно, поехали. Ты говорил, у нас полно работы.
Гаяр кивнул, и вскоре мы уже были в его офисе. Он всё мне показал, познакомил со многими не ведающими магию сотрудниками, и всегда представлял в первую очередь как своего друга, а потом уже помощницу. Мы побывали также в офисе Ашри, в компании Сурама, и встретились с Мадиром и его сплочённой командой «мордоворотов». Попутно Гаяр учил меня толковать магию, которую я видела, и рассказывал о возможных колебаниях энергий. Никогда ещё учёба не приносила мне столько удовольствия, хотя запоминать приходилось много! С этого активного понедельника почти все наши дни были похожи друг на друга и одновременно разнообразны. Мы просыпались, умывались, я готовила завтрак с нежным приставалой Гаяром, после чего мы почти полностью уничтожали еду и ехали работать. Я трудилась либо в офисе, в кабинете Гаяра, где изучала старинные книги о колдовстве, либо ездила с мужчиной, наблюдая за миром и стараясь замечать все важные мелочи. Обедали мы в столовой или в кафе, а потом я либо отправлялась к Мире с Ашри, либо домой – трудиться за машинкой, либо на подмогу в ателье. Последнее случалось нечасто: я заметила, что мама моим визитам не слишком радуется. Поэтому куда чаще я сидела в своей светлой мастерской и рисовала эскизы. А ещё делала по шаблону сайт, разбирала ткани и фурнитуру, и что-то дозаказывала. Порой Гаяр приезжал за мной, и мы ехали в осенних сумерках смотреть на цветное, всегда яркое ночное волшебство, а порой и по его личным делам. Он доверял мне слышать многое из того, о чём наверняка не рассказывал даже родителям, и это рождало в сердце всё новые звёзды, которые постепенно превращались в одно огромное и жаркое небесное тело. Домой мы возвращались когда в семь, а когда и намного позже, но каждую ночь Гаяр непременно дарил мне чудесную близость, после которой я крепко и сладко засыпала, понимая, что не желаю большего.
Так продолжалось три недели – насыщенная, счастливая жизнь, о которой я всегда мечтала. Я создала три ослепительных наряда и работала над вышивкой четвёртого платья, что позволяло задуматься о дальнейшем. Сайт был почти готов, хотя в нём было много недоработок, да и я, следуя за вдохновением, до конца не представляла, сколько сил и времени придётся потратить на мечту о собственной коллекции.
– У меня в голове нет чёткого плана, – сказала я, когда мы с Гаяром ужинали в столовой. – Я могу придумать, могу сшить, но всё, что дальше – пропасть.
– Можно проконсультироваться у моих маркетологов, – отозвался Гаяр. – Я найду помещение, найму помощниц…
– Нет, ни в коем случае! – перебила его я. – Я хочу сама, понимаешь? Чтобы пальцы до крови, синяки под глазами от недосыпа, но чтобы это было моё – выстраданное, заслуженное! Неужели это плохо, когда человек желает добиться успеха лишь своими силами?.. – Я выдохнула и пробормотала: – Прости. Не знаю, почему я вдруг так завелась. Ты во всём меня поддерживаешь, и я тебе доверяю, просто…
– Я понимаю, – отозвался Гаяр, сжимая мою руку. – Сам не люблю, когда кто-то опекает сверх меры. Ты, конечно, должна попробовать во всём разобраться сама, но, если вдруг понадобится помощь – я всегда рядом. Пожалуйста, не стесняйся. Обещаешь?
– Обещаю.