Кочевник из города
Кёсово подворье находилось в двух днях пути от города, там, где лес смыкался со степью, и дорога, ведущая в Ро, то ныряла в небольшие урочища, то, извиваясь, огибала пастбища.
При первых хозяевах, Старом Кёсе и его сыновьях, постоялый двор убытка не знал: на нем с удовольствием останавливались многочисленные торговцы, идущие со своими караванами с Запада и на Запад. Но с годами положение изменилось. Правнукам Старого Кёса едва удавалось сводить концы с концами, а всё потому, что раздоры в западных землях, разбой на дорогах да непомерные пошлины отпугнули купцов и вынудили их прокладывать новые караванные тропы. Нынешний хозяин Подворья всерьёз подумывал, не перебраться ли ему в Ро.
Тонкий неумолимо-непрерывный дождь, словно плотным облаком, окутал постоялый двор. Но хозяин благословлял его, так как дождь уже второй день не давал уехать купцу, чудом посланному судьбой, разумеется, для поправки доходов потомка Старого Кёса.
Купец скучал, досадовал, злился, но ничего с несговорчивой природой поделать не мог и потягивал кислое вино в окружении своих людей в полупустом зале.
Хмурое небо проявило невиданную щедрость к владельцу Подворья и послало ему еще одного посетителя: коренастого белоголового старика, которого сопровождали двое вооруженных слуг. Хозяин безошибочно определил в посетителе человека состоятельного, но не расточительного.
Гость спешил. Потребовал напоить своих лошадей, а сам, сняв тяжёлый мокрый плащ, ненадолго расположился у очага. От плаща сразу потянуло лесной сыростью.
– Все еще льёт? – спросил купец с намерением завязать разговор.
– Да, и отменный, - отозвался новый посетитель, поглаживая седую аккуратно стриженую бородку. – Но необходимость требует путешествовать невзирая на погоду. Впрочем, дожди в это время – дело самое обыкновенное.
– Должно быть, Вы живете здесь?
– У меня дом в Ро, ежегодно я провожу в этом краю весну и осень. А вы – торговец? – задал свой вопрос пожилой гость.
– Угадали, мой добрый господин.
– Что же, не боитесь вести дела на Западе? Я слышал, варвары в провинции снова устроили резню…
– Хвала вышним, – купец суеверно похлопал себя по щекам, отгоняя древним жестом всякое зло, – до сих пор мне не приходилось страдать от их междоусобиц. Кроме того, у меня отличный проводник, – похвастал он. – Я не первый год его нанимаю. Знает все тропинки, да и толмач отменный.
– Дорого, наверное, берет? – поинтересовался старик.
– Не дороже, чем все другие в Ро, смею Вас заверить, господин.
Старик помолчал, погладил бороду, а потом снова спросил:
– Скажите, любезный, а знает ваш проводник дорогу через Чёрные скалы?
Купец пренебрежительно пожал плечами: по его мнению, проводник его знал всё, вплоть до дороги на небо.
– Спросите у него сами, - предложил он и окликнул человека на другом конце залы. – Эй, Сюрикен* !
Пожилой гость при столь воинственном имени вздрогнул.
Подошел проводник – бедно одетый, молодой, худощавый, немного выше среднего роста. Лоб перетягивает линялый платок-повязка. Одежда, старая и пропыленная, сидит на нем как влитая. Нож по обычаю кочевников не у пояса, а за пазухой, так, что торчит одна тонкая рукоять. Лицо узкое, скуластое, обветренное. В жилах молодого человека, видимо, текла не только кровь степных пастухов. В чертах его не было ни красоты, ни породы, зато было нечто такое, что отличало его, и заставляло память сохранить это лицо надолго.
– Да хранят боги твою дорогу, караванщик! – приветствовал незнакомец Сюрикена
– И твою также, – последовал быстрый ответ.
– Мне сказали, ты знаешь дорогу через Чёрные скалы, – испытующе глядя на проводника, сказал белоголовый.
– Знаю, – кочевник не отвел взгляда. Лицо его хранило непроницаемо-вежливое выражение.
– Сколько дней займет перебраться через Черные скалы к морю?
Проводник, не задумываясь, ответил:
– Три дня, господин.
– Так мало? – удивился старик. – По объездной дороге мои слуги добирались неделю!
– Три дня, четыре – если с поклажей, но нужны лошади.
Пожилой путешественник, кажется, был доволен этим ответом, потому что, понизив голос, произнес:
– Мой дом – четвертый направо от Малых ворот. Если хочешь хорошо заработать, приходи, как только будешь в Ро. Спросишь господина Арсидия.
Вслед за этими словами появился хозяйский слуга и доложил, что лошади господина напоены. Старик накинул свой мокрый плащ и вышел, напоследок бросив Сюрикену: «Плачу я щедро!»
Проводник молча смерил его недоверчивым взглядом.