Библиотекарь раскрыла паспорт и уточнила:
— Лукашов… Какие книги вас интересуют?
Она, наконец, закончив с регистрацией.
Алексей задумался, решаясь на опасный ход. Он привлечёт к себе внимание, но иначе, как расшевелить скрытый механизм, заложенный в сердце тайны.
— Я знаю, что часть фондов перешла из личной коллекции моего предка, доктора Лукашова.
— Ну да… — она растерянно повела плечами, не понимая, куда клонит историк. — Мы не выдаём старые книги. Они находятся в музейной экспозиции. Некоторые из них.
— Музей? Замечательно! Где его найти?
— Здесь, с другой стороны галереи.
— Обязательно посмотрю! — радостно воскликнул Алексей, наблюдая, как дама меняется в лице. — Наверняка у вас есть и каталог книг из коллекции?
— Об этом вам лучше поговорить с директором. — Холод вернулся в голос женщины.
Она стояла, отступив от стойки, стиснув ладони перед собой, точно пыталась защититься от вопросов.
— Хорошо. — Он показал, что согласен полностью с предлагаемыми условиями. — А пока я бы посмотрел подборку по истории города и… — Алексей старался оставаться небрежным в разговоре. — И, пожалуй, Сакральный дар. Есть что-то об этом раритете? Он ведь связан с историей этого места?
Может быть, ему показалось, но в глазах библиотекаря он заметил нечто похожее на испуг.
— Попробую найти для вас книги, — она медленно кивнула.
Алексей слышал, как стучат каблучки, удаляясь вглубь лабиринта стеллажей.
«Интересно, как быстро она доложит о человеке, который спрашивает о Сакральном даре? Знать бы, что это такое! И как они все связаны с библиотекой?» — размышлял он, дожидаясь у стойки.
Секреты маленького общества провинциального города с каждой минутой начинали занимать Алексея больше, чем собственная научная работа. Получив на руки кипу книг, историк удобно расположился за одним из столов. Не слишком близко к стойке, но так, чтобы слышать разговор, если появится новый посетитель.
Имея привычку сразу же делать пометки, он достал рабочий блокнот, где немедленно сделал несколько записей.
«Сакральный дар»
«Коллекции Смурова и Лукашова. Музей»
«Дверь в библиотеку»
Потерзав кончик карандаша во рту, добавил:
«Ксана?»
Возможно, позже сюда добавятся новые загадки, но пока ничего в голову не приходило. Алексей приступил к изучению книг, начав с истории этих мест, составленной неизвестной группой авторов. Указывалась только фамилия редактора с пометкой «из дневниковых записей горожан». Выпущена книга была в уездном городе частным образом.
Перелистывая страницы, Алексей знакомился с историей городка. Возникший на месте древнего поселения, город стал заметным, когда начал отстраиваться вокруг кирпичного завода промышленника Смурова. Словно именно с началом этого производства и началась вся жизнь. До того времени факты терялись в тумане неясных фраз автора книги и смущали недосказанностью.
Стиль изложения путал всё больше и больше. Даты или указания на исторические параллели встречались редко — уцепиться не за что, как будто долго бредёшь по зыбкой почве, готовой под тобой провалиться и утянуть за собой.
Не любил историк такого, не выносил отсутствия ясной структуры. С отяжелевшей головой Алексей отложил книгу. Он чувствовал, что в ней есть что-то важное, ускользавшее от понимания, поэтому закрыл с сожалением и досадой.
Стопка книг, выданная женщиной-библиотекарем, была не слишком внушительной. Оно и не удивительно: маленький городок, где вряд ли за всю историю его существования могли произойти события, способные уместиться в многотомных хрониках.
Пара-тройка книг относились к советскому периоду и сухими цифрами рассказывали о производстве. Даже военная история города не была сколько-нибудь значимой. А все события последних десяти — пятнадцати лет библиотекарь посоветовала изучить по газетным подшивкам. Ознакомление с прессой Алексей решил отложить на другой день, внеся запись в блокнот, чтобы не забыть.
На фоне прочих изданий выделялась одна увесистая книга в тканом переплёте. Время оставило отпечаток на пожелтевших тонких страницах, которые, казалось, грозили вот-вот рассыпаться, но несколько прикосновений доказали, что бумага осталась прочной и опасаться за сохранность книги не стоит.
Алексей испытал особое чувство, которое означало для него непреодолимое увлечение начинавшимся исследованием. Он ожидал настоящего чуда. Удивило его и то, что библиотекарь так легко вынесла книгу, место которой было в экспозиции музея или в закрытых фондах.