– Хозяин – барин. Без вопросов.
Во время прогулки я продолжал думать о ней. Я был бы совсем не против просто дружить, только как можно дружить с человеком, один вид которого для тебя как наркотик? Мне определенно не хватало самодисциплины своих товарищей.
– Еще один момент,– сказал Ибрагим повышенным голосом, чтобы привлечь наше внимание,– на ужин ничего нет, так что предлагаю зайти в магаз.
– Да без вопросов.
По пути попалась работавшая «Пятерочка», внешне достаточно приличная, но было одно «но».
– Блять, это она. Она и ее ебырь.
– Ты, главное, не волнуйся. По твоему лицу все эмоции прочесть можно.
– А я и не собираюсь туда заходить. Вообще нет желания даже взглядом пересекаться.
– Какой чувствительный. Значит, идет кто-то из нас. Ибрагим, ты всех вытащил, так что ты и иди.
– Просто делаете проблему на пустом месте. Охраняйте тогда нашего мальчика, скоро вернусь.
Под звук шагов Ибрагима я занялся самотерзанием. Уже неделю она мне ничего не писала, зато теперь понятно, почему. Конечно, парень для нее важнее рандомного знакомого, но, сука, обидно же!
– Они совсем рядом, за кирпичной стеной. Счастливы! Один я завидую в одиночестве.
– Счастливы? Только на время. Мы уже выяснили, что она с ним только из-за примитивной женской биологии. Уже хреновая основа для счастья. Но подумай, почему он с ней?
– И почему же?
– Он – неудачник. С ровесницами приходится больше работать, выставлять какие-то достижения. С малолетками проще: они автоматом видят в старших опору и готовы вешаться на них.
– То есть, я проиграл биологическую гонку простому неудачнику, который ебет теперь любовь всей моей жизни?
– Че-то нихрена ты его не утешил, Мошэ.
– Я хотя бы попытался. Слушай, их отношения – это временный всплеск гормонов, ничего большего.
– Мне бы даже этого всплеска хватило, чтобы почувствовать себя в раю. Я просто занимался самообманом, когда говорил, что мы с ней друзья. Да, она из тех людей, которые со всеми находят общий язык. Вот и со мной нашла. Но никакой эмоциональной связи не было и нет.
– Знатно тебя понесло. Неужели совсем ни о чем другом думать не можешь?
– Нет, не могу.
– Тогда понимаю, насколько тебе хреново. О, вот и Ибрагим.
Ибрагим казался черной тучей в своей вязаной шапке и спортивном костюме, только на губах сияла небольшая улыбка.
– Встретил я твоих голубков. Шайтаны шайтанами. Не понимаю, что ты в ней нашел.
– Думал, что мы на одной волне…
– Не смеши меня. Она тебя уже неделю игнорит, тут и так все понятно. Насрать ей на твою личность конкретно.
– Все-все, хватит пугать мальчика.
– Я не пугаю, просто констатирую факты.
– Ладно, пошли домой, у меня намаз скоро.
Мы тронулись в путь подальше от злополучного места. Я не обращал внимание ни на что вокруг, продолжаю копаться в своих мыслях. Поэтому я не заметил, как к нам подошли какие-то гопники. Не знаю, что там произошло, но все воспоминания начинаются с грозного голоса Ратко:
– Отъебитесь подобру-поздорову.
Потом началась драка. Я кое-как махал кулаками, Мошэ аккуратно отошел в сторону и начал брызгать перцовкой, Ратко нещадно дубасил двоих хулиганов, а Ибрагим… Он снял с себя шапку, вывернул ее и ударил по лицу ближайшего человека. Тот сразу завизжал и схватился за окровавленную щеку. Скоро бравые гопники с позором отступили. Мы начали приходить в себя. Все вокруг как будто бы разом стихло, и только Мошэ отчаянно кричал:
– Мой нос… Мне нос сломали.
– Да поцарапали просто и все. Нас всех поцарапали, как видишь, – огрызнулся Ратко.– А ты, Ибрагим, объясни, какого хрена не говорил нам про то, что ты – чеченский Томас Шелби.
– Ждал эпичного момента. И дождался, как видишь.
–Аргумент. Но почему ты не рассказал…
– Все, парни. Пора домой, будем залечивать раны.
Драка оживила меня. Наконец-то мое существо отвлеклось от своих биопроблем и почувствовало что-то новое, ранее неизведанный вкус приключений. Я было обрадовался, что уже все, но за спиной послышался женский смех. Это была не моя подруга, но какая разница, если она все равно была счастлива без меня. В глазах навернулись слезы, и Ратко это заметил. Пришлось все рассказать.
– Попробую сказать так, чтобы научить и не обидеть. Ты загоняешь свои мысли по кругу. Одно и то же раз за разом. Да, ты для нее – кусок говна, но для нас ведь нет. Тем более сколько в мире кусков говна, которые живут припеваючи: Сорос, Ким чен Ын, Башар Асад…
– Мне больно просто от того, что она с ним. Я нормально отнесся, если бы она встречалась с каким-нибудь Цукербергом, но с ним… С тем, кто хуже ее в миллион раз…
– С ним она чувствует себя собой. Не пытайся понять всю эту гормональную хуету, там логика не работает. Вот сейчас придем к Ибрагиму, там посидим, повеселимся, и ты про все забудешь.