Все мы хотим быть уверены, что медицинские услуги, которые мы получаем, являются безопасными. Такая потребность достаточна, чтобы направить много ресурсов на безопасность и стабильность медицинского обслуживания. Многие правительства пользуются нашими страхами перед медицинскими проблемами чтобы захватить контроль над этой необходимой частью рынка. Они требуют лицензирования для предоставления услуг по лечению, одобрения при распространении лекарств и покорности перед законами, регулирующими все пути, которыми медицинское обслуживание может быть оплачено. Когда правительства требуют лицензию, они принуждают людей соответствовать их стандартам, которые зачастую сдерживают инновации. Стандарты зачастую бессмысленны, но поскольку люди доверяют правительству, они принимают лечение от кого угодно до тех пор, пока у таких людей есть правительственное одобрение. Именно так начинается большинство страшных историй, а не от того, что люди работают без лицензии. Когда правительства контролируют безопасность лекарств, результаты являются ошеломляющими: миллионы людей умирают от одобренных правительством лекарств и ещё больше миллионов умирают не получив доступ к спасительным лекарствам, которые удерживаются от попадания на рынок. Правительственный контроль медицинской индустрии имеет столь же ужасающий эффект в вопросе цен, доступности, безопасности и удовлетворённости клиентов как и в любой другой индустрии.
III. Социальное обеспечение
Одна из благородных черт нашей натуры — желание помогать менее удачливым. Будучи членами человеческого общества, мы хотим видеть окружающих преуспевающими. Каждому сострадающему человеку тяжело видеть страдания окружающих. Правительствам нравится этим пользоваться. И поскольку у них есть возможность всех обворовывать и контролировать диалог при помощи пропаганды, становится простой задачей убеждение людей в том, что воровать они хотят у богатых чтобы отдать бедным. В реальности же большинство правительственных программ социального обеспечения воруют у рабочего класса чтобы отдать бедным. И делают это таким образом, чтобы укрепить правительство и позволить ему и дальше воровать у всех чтобы отдавать супер богатым.
Люди поддерживают правительственные программы социального обеспечения, поскольку им нравится краткосрочный эффект. Проблема в том, что люди не видят более широкой картины и скрытых последствий. Наивно считать, что мы просто можем избрать политиков и доверить им решение проблем бедности и экономического неравенства. Правительства всегда были основным инструментом создания экономического неравенства. Если мы хотим достичь легитимных целей, то использование принуждения обычно приводит к противоположным результатам. Эти извращённые инициативы на тему социального обеспечения ведут к извращённому поведению. К примеру, принятие решений основываясь на том, удовлетворяет ли человек формальным признакам, необходимым для предоставления ему привилегий социального обеспечения. Это справедливо для программ социального обеспечения, которые приводят к созданию огромных зависимых классов людей, которые всегда будут голосовать за ещё больший уровень принуждения. Программы социального обеспечения превращают своих членов в защитников правительства, которые будут защищать и продвигать систему, которая удерживает их в нищете, считая, что всё это в их же интересах.
Во имя «борьбы с нищетой», правительства создают большую и сложную бюрократию, которая контролирует жилищные ресурсы и управляет рынком труда, чтобы заставить людей заниматься нежелаемым трудом. Они тратят сворованные деньги на заключение безаукционных контрактов на выполнение чего угодно, что будет принято людьми как попытки помочь бедным. Если бы все эти ресурсы были управляемы людьми, которые действительно заботятся о бедных, ресурсы были бы расходованы куда более эффективно.
Поскольку программы социального обеспечения являются столь деструктивными, возникает следующий вопрос: как избавиться от этих программ не бросая на произвол судьбы такое количество зависимых от них? Ответ на этот вопрос довольно прост: усиление местных населённых пунктов, чтобы они сами решали проблемы нуждающихся в поддержке. Это может быть не так просто, но нам всем будет лучше если мирные решения заместят насильственные. Так же является необходимым убрать экономические барьеры, которые сдерживают мобильность и самодостаточность. К примеру, законы о минимальном уровне оплаты труда, законы, которые делают практически невозможным создание нового бизнеса с нуля или законы, которые делают нелегальным продажу товаров у дорог.
Несмотря на то, что правительства так много забирают, многие сообщества до сих пор имеют много возможностей для помощи бедным. Нет ничего плохого в том, чтобы брать деньги у правительства. Деньги, потраченные на программы социальной поддержки — это деньги, которые уже не могут быть потрачены на насилие. Ненасильственные решения всегда более эффективны, чем насильственные. Когда мы решаем помочь бедным, это куда более эффективно, чем когда правительства забирают у нас деньги «для помощи бедным». Мы в состоянии создать институты и культуру, необходимые для помощи нуждающимся, без применения насилия. Мы в состоянии проявлять сострадание и помогать нуждающимся без необходимости применения насилия.
IV. Запреты
Люди использовали наркотики для управления своим сознанием с тех пор, как научились это делать. Мы делаем это по многим причинам: рекреация, увеличение производительности, увеличение общительности. В любом случае, лишь владелец сознания в праве решать, что он с собой делает. Среди людей существует тенденция контролировать умы окружающих, чтобы быть уверенным, что ни один член общества не является угрозой для окружающих и что каждый трудится достаточно усердно для поддержки окружающих. Правительства пользуются таким положением вещей и принимают разные законы. Некоторые из таких законов созданы для того, чтобы сделать из нас более продуктивных плательщиков налогов, но все они так или иначе служат целям особо заинтересованных лиц. Запрет какой-либо субстанции в вашем теле основывается на предположении, что ваше тело — это собственность правительства и вы не в праве решать что в ваше тело попадает. Обладание чем-либо не может быть преступлением.
Запретнический рэкет является особо заметным в современных правительствах, поскольку он выгоден многим. В большинстве мест алкоголь является доминантным релаксационным наркотиком и индустрия, за ним стоящая, тратит большие суммы денег на то, чтобы удерживать конкурентные наркотики вне рынка. Делается это посредством подкупа политиков, которые усиливают ложные предположения населения, ложную логику, аморальные силовые структуры и откровенную ложь для поддержания таких запретов. В случае с запретом марихуаны (как и в случае с многими натуральными средствами, которые обладают лечебными свойствами), фармацевтическая индустрия прилагает неимоверные усилия для удерживания таких более дешёвых (иногда и вовсе бесплатных) и более эффективных средств в статусе нелегальных. Удержание подобных средств вне досягаемости людей, которые хотят их получить, является непосильной и недостижимой задачей, которая «требует» выделения большого количества ресурсов на полицию и тех, кто её экипирует. Все подобные группы являются заинтересованными в поддержании запретов и многие без проблем лгут населению или нанимают для этого политиков.
Запретнические законы очень быстро укореняются в системе сразу после их принятия, не только благодаря их прибыльности, но и поскольку это рэкет, который очень просто поддерживать. Люди всегда будут использовать наркотики. Уровень принуждения силовыми структурами — вопрос лишь того, что общество готово терпеть. И единственное реальное ограничение при этом — сознательность сотрудников силовых структур. У настоящих преступлений всегда есть потерпевшая сторона. А запретнические законы основаны на том, что деятельность, у которой нет пострадавшей стороны, называется преступной, таким образом полиция получает отговорку при пренебрежении своей морали. Как только набирается критическая масса сотрудников силовых структур и социально принятых законов о принуждении, уже ничто не остановит таких сотрудников от приписывания обладания наркотиками своим жертвам. Таким образом очень легко поддерживать прибыльность запретов.