— Не надо меня пробовать на вкус! — воскликнула, отклоняясь в сторону, чтоб увернуться от очередного поцелуя. — И вообще… не надо!
— Что именно, айка? — Кир-Кули едва сдерживал хитрую улыбку, а в потеплевших глазах его плясали лукавые искорки.
— А все! — прямо глядя на мужчину, которого сама была почти готова "съесть", сказала я. — Не начинай то, что не планируешь закончить.
— О! — он коснулся поцелуем моей шеи, провел кончиком языка от плеча к подбородку, будто и правда, дегустировал особый деликатес. И от этой его дегустации у меня перед глазами все поплыло. Запрокинув назад голову, я судорожно вздохнула, но, тем не менее, повторила:
— Не начинай то, что…
— Я закончу, маленькая, — шепнул блондин, добравшись губами до моего ушка. — Вернее, ты кончишь. И ни раз, поверь.
— Да иди ты! — толкнув аше-ара, что было сил, заорала я и уставилась на него. — Не хочу!
Страж недоуменно моргнул, а потом нахмурился.
— Тебе было хорошо в прошлый раз? — вопрос прозвучал, как утверждение, но я все равно кивнула. — Тогда почему? Поверь, я умею доставлять удовольствие женщине.
Меня, наверное, так сильно перекосило, что он помрачнел еще больше, а потом взял в ладони мое лицо, заставляя смотреть на него, и попросил:
— Объясни.
Я даже растерялась как-то. Ожидала, признаться, очередной ссоры, может даже с поцелуями на финальном отрезке и… с полным разочарованием, вместо желанного приза на финише.
— Ну, — начала и запнулась. Поза и его близость по-прежнему волновали, мысли путались, не желая складываться в логичные доводы. А ведь это был тот самый шанс, о котором так мечтала. Сейчас меня реально слушали и… ждали объяснений. — Я не… — и снова замолчала.
— Ты не хочешь близости со мной, — подсказал Кир, сосредоточенно глядя на меня и при этом нежно поглаживая большими пальцами мой подбородок, губы.
— Я хочу! — воскликнула в каком-то дурацком порыве честности, а потом едва слышно добавила: — но не так. Вернее, так тоже, но… — зажмурилась, чувствуя себя школьницей, которая решила признаться в любви своему учителю, причем аккурат перед экзаменом. — О боги, Кир, — простонала отчаянно. — Для меня это все слишком ново, дико и… и я не такая, как твои бывшие подружки, понимаешь? Мне не надо секса ради секса. Я без него всю жизнь жила и как-то не страдала особо, — с закрытыми глазами, как выяснилось, говорить было легче: — И тебя я так близко к себе подпустила вовсе не потому, что интимные услуги требуются. Ты… — опять запнулась, нервно куснула губу, а потом залпом выдала все то, что в голове крутилось: — Ты сводишь меня с ума, понимаешь? Ты мне весь мозг своим поведением вынес! То возводишь на вершину блаженства, заставляешь чувствовать себя единственной в целом мире, то бросаешь в пучину сомнений, игнорируешь, ни во что не ставишь… — я замолчала.
Он тоже молчал. А потом, придерживая за спину, перенес меня на кровать, сел и, обняв, тихо сказал:
— Ты единственная.
Я подняла отчего-то тяжелые ресницы, но странная пелена мешала разглядеть лицо мужчины. До меня не сразу дошло, что это слезы. Обычные, соленые… а ведь даже не заметила, что плачу. Аше-ар осторожно стер пальцем влажную дорожку с моей щеки, а потом шкодно так улыбнулся и предложил:
— А хочешь, я к тебе кактус перенесу? Будем вместе воспитывать. Потренируемся.
Ну и… меня прорвало. Как тогда в ванной комнате, когда мой белый лис умудрился проломить столешницу. Уж не знаю, просто смешно стало от мысли о воспитательных мерах для живой колючки, или истерика началась, но хохотала я долго, утирая тыльной стороной ладони уже совсем другие слезы. А потом Кир пересадил меня со своих колен на кровать и, сказав, что вернется к ночи вместе с "дитятком", вышел. И лишь когда вновь проступившая в стене дверь закрылась за спиной стража, я обнаружила отсутствие золотой статуэтки. Вот только злости не было. Совсем.
Через полтора часа…
— Ну, и где этот… герой-любовник?
Я, набивая очередной запрос в поисковике, мельком взглянула на стоящего в дверном проеме Сэн.
— Ушел! — сказала ему и, пожав плечами, посмотрела на экран компьютера, продолжая краем глаза следить и за магом тоже.
— Это я заметил, — скривив губы в какой-то неприятной улыбке, качнул головой мужчина. — Меня интересует, куда и с какой целью он рванул на ночь глядя, вместо того чтобы заниматься приоритетной задачей.
— Это какой же? — теперь я даже обернулась.