* * *
- ...Сегодня в Лос-Анджелесе был подписан договор о координации усилий в сфере безопасности, поддержания социальной стабильности и обеспечении всестороннего совместного развития между США, Китаем, Евросоюзом и рядом союзных им стран. Председатель центрального управляющего совета США Роджер Гудман в большом интервью, данном им журналистам со всего мира после заключения договора, уже назвал его историческим. Наш лидер говорил о том, что именно сейчас, когда мир столкнулся с беспрецедентными вызовами, глубокое международное сотрудничество важно, как никогда. Именно этот союз между ведущими глобальными центрами силы, по его словам, должен послужить крепкой основой согласования усилий всего человечества по преодолению стоящих перед ним проблем. Договор подразумевает согласование усилий полицейских структур и спецслужб стран-участниц, особенно в противодействии терроризму и гражданскому неповиновению; создание общих банков личных данных граждан государств, подписавших договор, доступных их силовым структурам; создание единой системы постоянного отслеживания происходящего в пределах этих стран с помощью беспилотников и сети спутников...
Дэвид слушал совершенно спокойно. От былой ненависти к новым американским властям в нём не осталось и следа. Всё, что ему приходилось слышать об их действиях в новостных сообщениях по головизору, вполне справедливо и целесообразно. Какие у разумного человека могут быть претензии к властям?..
Уже не первый месяц, как ему предоставили возможность смотреть головизор. Переселили в комнату попросторнее и несколько более благоустроенную. Разрешили ограниченное использование интернета. Он мог свободно перемещаться по значительной части исследовательского комплекса, в котором держали бывшего психоинженера. Пускали в спортзал и бассейн. Даже прогулки по парковой зоне, правда, под строгим присмотром и без разрешения общаться с другими узниками. Однако совсем разучиться говорить ему не давали, он частенько беседовал с психологом. «Как вы себя чувствуете?», «Чем занимаетесь?», «Чего больше всего не хватает по сравнению с прошлой, свободной жизнью?» и всякая такая прочая милая чушь. Всё-таки нейрочип – не панацея, даваемые им результаты весьма приблизительны, а порой и ошибочны. Как ни крути, общение с подопытным по-прежнему имело смысл.
Зверские опыты периодически проводились, как и раньше, хотя и реже. Только вот он их уже не воспринимал как что-то зверское. Относился практически спокойно, без всяких лишних эмоций. Ну, надо кого-то загрызть – значит, надо, что ж тут попишешь. Дело, как говорится, хозяйское...
- Пройдёмте, мистер Парсонс, - обратился к нему сотрудник, предварительно постучавшись.
- Одну секундочку, доем, простите, - ответил тот как ни в чём не бывало, ускоряя процесс дожёвывания куска пиццы. Да, питание тоже заметно улучшилось. Более того, учитывались его собственные пожелания на сей счёт. Дэвиду не хотелось оставлять еду на потом – тогда придётся долго и тщательно отмываться от крови после процедуры. Всё остынет, будет невкусно...
Однако на сей раз его провели не в то помещение, где обычно проводились тесты, и не к психологу, а прямиком в кабинет доктора Эванса. Того самого сероглазого учёного, выступавшего обычно в качестве экспериментатора.
- Здравствуйте, мистер Парсонс, проходите, присядьте, нам надо кое о чём поговорить... так, сейчас подключим ваш нейрочип... – доктор Эванс располагающе улыбнулся. Да, теперь вот так вот: мистер Парсонс. Никакой не ноль-восемьдесят-девять.