5
Будущее свободы. Некоторые выводы
Компетенция социологии кончается там, где начинается будущее. Самое большее, что может сделать социолог, думая о будущем облике обществе, – это экстраполировать свои наблюдения за его нынешним обликом. Поступая так, наш социолог не очень отличается от обычных разумных людей. Думая о ландшафте, еще спрятанном за горизонтом, мы воображаем его похожим на то, что мы видим вокруг; мы ожидаем «еще порцию того же самого». Мы не знаем, конечно, насколько обоснованы наши ожидания. Не знает этого и социолог. Претендуя на знание, он ставит под угрозу свою профессиональную добросовестность. Социология развивалась как ретроспективная мудрость, а не как современная версия прорицательства.
Неспособность предсказать будущее с той же уверенностью, с какой рассказывается прошлое или описываются текущие тенденции, – не вина социологии и не дает права обвинять социологов в невнимании к будущему или в порочной методологии, пригодной только для тех аспектов человеческой жизни, которые уже отстоялись или окостенели в виде зарегистрированных фактов. Даже отвлекаясь от спорного вопроса, мыслима ли альтернативная методология в принципе, можно утверждать, что она не сделала бы предвосхищающее видение будущего намного более определенным. И причина тому относительно проста: человеческий удел не предзадан прошлым. Человеческая история не предопределена ее прошлыми стадиями. Тот факт, что нечто имело место, даже в течение очень долгого времени, – не доказательство, что так и будет продолжаться. Каждый момент истории – это развилка путей, ведущих к нескольким будущим. Человеческое общество существует на перекрестках. То, что в ретроспективе предстает как «неизбежное» развитие, в свое время начиналось как вступление на одну дорогу из множества лежащих впереди.
Будущее как раз и отличается от прошлого тем, что оставляет простор для человеческого выбора и действия. Без выбора нет будущего – даже если выбор состоит лишь в том, чтобы воздержаться от выбора и плыть по течению. Точно так же нет будущего и без действия – даже если действие не может избавиться от привычных паттернов и не допускает возможности перемены. Именно по этой причине будущее всегда «еще-не», не определено, открыто.
Лишь в этом контексте выбора социология может быть релевантна для наших размышлений о будущем. Социология не может нам сказать, каким будет будущее. Она не может даже гарантировать нам определенный результат, когда мы пытаемся сформировать будущее конкретным образом. Она не может, короче говоря, предложить нам определенность относительно будущего облика нашего общества – хотим ли мы переделать этот облик по нашему желанию или просто любопытствуем, «как оно все в итоге обернется». С другой стороны, социология может повлиять на наш выбор (между тем или иным действием, между действием и бездействием), осведомив нас о тенденциях, уже очевидных в настоящем, об облике вещей, к которому они приведут, действуя беспрепятственно, и о силах внутри общества, заставляющих эти тенденции работать в их нынешнем направлении. Социология также может информировать наш выбор, разъяснив последствия и взаимосвязи нашего обычного повседневного поведения, которые практически невидимы в узкой перспективе нашего «приватного», индивидуального опыта. К тому же социология может информировать наш выбор, осведомив нас о том, что выбор возможен: указав на альтернативы нашему привычному образу жизни, которые мы можем счесть (или не счесть) более радужными для того, что мы считаем нашими потребностями. Все это означает, что социология дает нам возможность делать наш выбор сознательно; использовать, насколько возможно, тот шанс свободы, который будущее не может нам не дать. Эти услуги социологии предназначены для тех среди нас, кто предпочитает действовать сознательно, пусть без уютной уверенности в успехе.