– Но это не твой случай, верно?
– И поэтому я считаю себя чудовищем. Нет, у меня есть масса доводов, которые я готов привести в качестве оправдания собственных действий, но все они ничтожны, поскольку их весомость не выходит за рамки моих собственных суждений. Я запутался. Но я не хочу сдаваться, ни при каких условиях…
– Человек сам определяет границы справедливости, как бы ни смешно это звучало. Присутствие относительных величин позволяют ему маневрировать в лабиринтах жизненного пространства.
– Ты считаешь, что я могу сформировать, так сказать, оправдательную базу, руководствуясь условными положениями?
– Нагромождение условностей порой не позволяет отличить порок от добродетели, и чистоту помыслов сложно представить на суд таковой ввиду отсутствия четких критериев дозволенности. Но твои помыслы это только твои помыслы, и судить о них можешь лишь ты. И сквозь какую бы призму ты их не разглядывал, лишь твоя собственная воля в состоянии вынести надлежащий приговор.
– Воля? Но я говорю о другом! О совести! Не о помыслах! Не об их чистоте! Реализация идеи оказалась настолько…
– Сложна?
– Нет, не сложна, а… иных способов, иного выхода из положений, обстоятельств, препятствий, встававших на пути… не было и… да, сложна…
– Что ж, твоя совесть останется при тебе, и если ты считаешь, что ее необходимо очистить, то действуй по своему усмотрению. Твоя совесть только твоя!
– Ты хочешь сказать, что границ, препятствующих…
– Остановись! Этого я тебе не скажу. Но, повторю еще раз. В этой пурге сейчас есть только ты! Ты и принятая тобой на себя ответственность! И отвечать ты будешь перед собой! Внешнего контроля нет…
Андрей вздрогнул. Как будто молния пронзила его сознание и сковала его.
– Я иду к тебе, – выговорил он. – Я увижу тебя и узнаю твое имя!..
Тень незнакомки растворилась в таежной мгле и взлетела ввысь, разбрызгивая на лету звонкий шелестящий смех.
С каждым днем Оксане становилось лучше. Андрей строго следил за курсом лечения, не забывая об использовании эликсира, оставленного лесником. Уже через неделю температура пациентки вошла в норму, щеки порозовели, тело обрело бодрость и гибкость. Весь день Андрей с Оксаной стали проводить в лесу, иногда осуществляя короткие прогулки к ручью или к одной из двух, расположенных неподалеку, полянок, где выхватывали солнечные лучи, которых так не хватало в лесной глуши. Целебный таежный воздух постепенно возвращал Оксане украденные болезнью силы.
Все время Андрей с Оксаной старались держаться за руки. Влюбленные гуляли, смеялись, разговаривали до позднего вечера, строя планы на будущее. А ночью прямо над избушкой звезды выплясывали дикие шаманские пляски.
Пошла третья неделя пребывания Оксаны с Андреем в тайге. Однажды утром, Оксана, проснувшись раньше Андрея, оделась, вышла в лес и ощутила такой прилив радости и сил, что не смогла сдержаться и разбудила Андрея с криками:
– Я готова идти дальше! Я полностью выздоровела! Я исцелилась!..
– Тише, тише, успокойся! – Андрей, смеясь, обнимал Оксану.
После завтрака Андрей предложил устроить совещание и выработать план дальнейших действий. Оксана согласилась, но предложила первым делом сходить к ручью. Андрей, пожав плечами, согласился и они, побродив по уже проложенным тропам, направились к ручью.
– Чистая, – проговорила Оксана, зачерпнув ладонью воду. – Отвернись!
– Что? – удивился Андрей.
– Отвернись, пожалуйста, сюрприз, – задорно произнесла Оксана.
– Ну, хорошо. – Андрей послушно отвернулся.
– Можно! – крикнула Оксана.
Андрей обернулся и увидел, как Оксана, совершенно нагая окунается в воду и расплескивает ее вокруг себя.
– Жаль мелко! – крикнула она.
– Ты с ума сошла! – закричал Андрей. – А ну, живо выходи! У тебя же легкие!
– Да она теплая!
– Да уж, теплая! Красное море просто!
– Пять секунд и выхожу! Сколько можно мыться, поливаясь из кружки?
– Выходи!
Оксана выскочила. Андрей снял с себя майку и вытер ею хрупкое тело Оксаны, после чего быстро помог ей одеться, накинув ей на плечи еще и свою куртку.
– Тебе нравится болеть или лечиться? – строго спрашивал он, когда они возвращались.
– Ну, прости, я… я не могла сдержаться… а? Андрюша, я больше не буду. На, тебя сейчас насекомые съедят. – Оксана передала Андрею его куртку.
Только они подошли к дому и открыли дверь, как за спиной раздался голос:
– Что, детки, не устали комаров кормить?
Андрей с Оксаной одновременно вздрогнули и развернулись. Перед ними стоял лесник, Оталан.