— Три. Два. Один.
После того как Ли убежала, Ривай долго не знал, что делать. Он всегда видел чувства людей и понимал их мысли, но никогда не считался с ними. С солдатами было легче. Он слушал только Эрвина. Все остальные слушались него. Наказывая очередного провинившегося или доходчиво объясняя ему сапогом его место, Капрал знал, что этот солдат будет ненавидеть его, но кого это хоть когда-то интересовало? Ривая боялись. Ривая уважали. Он — сильнейший воин человечества — не привык к открытому проявлению ненависти и непослушанию.
Ли была другой. Она не только солдат, которого он мог унижать, сколько захочется. И дело было даже не в том, что она является сестрой Командира. С каждым днём он убеждался, что всё-таки любит её. Глупо было отрицать. Да он никогда этого и не делал. Как говорил открыто солдатам об их недостатках, так и себе он признавался в своих чувствах.
— Ну и где её носит?
Ветер со снегом хлестали лицо жёстче самых твёрдых розг. Что-то подсказывало, что девушка не вернётся.
— Твою мать! — выругался парень и шагнул к мотоциклу. — Найду живой — собственноручно прикончу.
Погода, как и настроение, испортилась окончательно.
— Эй, красотка! Составишь нам компанию?
Ли замерла. Мало того, что она не знала, куда её занесло, так ещё и бесплатных попутчиков себе нашла. Лёгкие так и болели, а зубы уже стучали от холода. Ветер противно завывал в уши, а рядом не души. Девушка истерически рассмеялась.
— Слышь, детка, а мы на одной волне, — тоже рассмеялся парень и шагнул к девушке.
Смех оборвался так же неожиданно, как и начался. Ли развернулась в противоположную сторону и быстрым шагом направилась между домов. Сейчас ей руководил только страх. Она мечтала посидеть возле тёплого камина, а нарвалась в пургу на маньяков.
— Эй, ты что, бросаешь нас?
Грет перешла на бег. Дышать было больно и тяжело, а тело ломило от слабости, но ситуация вынуждала. С бледным лицом и трясущимися руками она забредала в ещё большие дебри. Дома все казались одинаковыми и сличались в одну большую кашу. Она не знала, где находится. Она не знала, что происходит. Но она знала, что так не должно было быть. Девушка всхлипнула. «Какая же я жалкая!» Было противно от самой себя. Она ненавидела себя даже больше, чем Ривая. Ненавидела, потому что всё ещё продолжала любить.
— Да погоди ты! Мы не сделаем ничего плохого. Просто серьезно поговорим, как взрослые люди.
«Ага, конечно!» — подумала девушка и свернула за угол. — «Эти серьезные разговоры у меня уже в печёнка сидят!»
Ли снова свернула за угол. Слева помойки, а дальше вытянутой руки ничего не было видно. Белая пелена заволокла всё. «Черт!» — мысленно выругалась она. — «И что мне теперь делать?» она побежала вперёд, но уперлась ладонями во что-то шершавое и холодное. «Ривай! Будь ты проклят со своими нравоучениями!» Девушка развернулась, всё ещё надеясь быстро выбежать, но преследователи уже стояли рядом с ней. Их было пятеро. Сказать, что грудь разрывалась от страха на части — не сказать ничего. Впервые девушка боялась человека намного больше, чем гиганта.
— Вот и попалась птичка в клетку! — потирая ладони, ехидно проговорил старший из них.
— Эй, не пугай мне даму! — воспротивился второй.
Грязный смех. Настолько отвратительный, что рвать охота, но страх не позволял думать о чём-то другом кроме спасения собственной шкуры. «Они же не должны причинить мне вред. Я же не гигант и не сожру их. Неужели, в этом мире люди тоже способны сделать что-то отвратительное?»
— Что вам надо? — попыталась без вреда для себя наладить контакт девушка.
— Вот видишь, ты её напугал! — обиделся этот же парень.
— А что мне ещё было делать? — развел руками первый.
— Улыбайся! Улыбайся! В невесомости пари и отдайся… Улыбайся! — запел пьяный мужик популярную русскую песню.
«Да им лечиться надо, а не девушек на дорогах кадрить!» — смотрела на них Ли, пытаясь обойти их со стороны.
Пейзаж менялся с каждой секундой, становясь всё более пугающим. Дороги замело до такой степени, что проехать по ним могли только внедорожники. Выйдя на улицу, можно заметить, словно муравьёв, спешащих в тёплые квартиры людей. Все они прикрывали головы от снега, смешно размахивали руками и ещё смешнее неуклюже поскальзывались на льду. Мужчины усердно, но всё равно безуспешно откапывали свои автомобили. На дорогах появилась пробка. Всем было нужно. В центре города появилось самое настоящее месиво. Несколько аварий только усугубили ситуацию. А местные корреспонденты уже давно передали всю комичность ситуации местным новостям. Через час-два весь город будет ржать над беспомощностью человека против стихии.
Зато в спальных районах было тихо так, что, казалось, здесь прошёлся отряд зомби. Пара бомжей ковыряли помойки, другая пара, укутавшись в тёплые тряпки, согревалась под деревом. Да, гигантов не было и вряд ли они появятся здесь спустя сотню или тысячу лет, но наблюдая за глупыми попытками людей показать свою власть, можно умереть от смеха. В такой ситуации никогда не будет воинов, готовых защищать дорогое. Если в их мире люди в непотребном состоянии из-за бесконечных нападений гигантов, то здесь они такие из-за своей жадности, алчности, ну и конечно же тупости.
Ривай долго не мог понять, зачем он здесь оказался. Он здесь, чтобы понять разницу между мирами? Да, она есть — гиганты. А, нет. Гиганты ничего не меняют. Люди везде одни и те же. Всегда найдут проблемы на своё заднее место. Это в крови. Говорят, существует два дня, значимых в жизни каждого. День, когла ты родился и день, когла ты понял, зачем. Ривай знал, что родился, чтобы следовать за Эрвином. Эрвин родился, чтобы освободить людей. Но изменится ли хоть что-нибудь, если гигантов не станет и правильный ли выбор сделал Ривай, встав на тропу Эрвина?
Он уже давно ни в чём не сомневался. Настала долгожданная жёлтая полоса. «Ли, я всегда знал о твоей способности оказываться в самой гуще событий, но давай не в этот раз?»
— Слышь, Колян! А наша птичка-то того… сбегает! — проговорил первый.
— Что? Где? — начал оборачиваться второй. — Не верю! Она не могла меня бросить!
Но увидев, как брюнетка почти уже вышла из-за угла незамеченной, вдруг перестал причитать. Его лицо исказила злоба и гримаса сумасшествия. Словно кто-то нажал кнопку «пуск».
— Ах ты ж, дрянь! — мужик схватил девушку за капюшон, и она, не удержавшись на ногах, упала в сугроб. — Я к тебе со всей душой… Просто хотел поговорить! Душу излить! А ты?! Ты заплатишь мне сполна!
Ли испугалась на на шутку. Голос сдавило верёвками от капюшона. Если бы она была в её мире, она бы с лёгкость с ним разобралась. Ситуация до боли напоминала ей о прошлом. Когда-то она так же убегала от этих животных в подземных городах. Когда она тоже тряслась, боясь, что её найдут. Детские страхи никогда не умирают. Сейчас всё повторяется. Её снова попытаются изнасиловать, потом побьют и оставят валяться на дороге, отобрав день иди другие ценные вещи. Но сейчас брюнетка только пнула мужика и попыталась бежать, но он снова схватил её за лодыжку и она упала лицом в сугроб, разбив нос. Белый снег покоятся красными каплями. В голову вдарила невыносимая боль, а в глазах всё поплыло. Грет прикрыла ладонями нос, пытаясь остановить кровотечение.
— Ах ты ж, тварь! Колян, чего стоишь?! Помогай! — крикнул мужик и схватил девушку за руки. — Ноги! Ноги её держи!
Холодный снег заполнил рот и нос. Всё лицо щипало то ли от мороза, то Ли от ран. Ли уже не чувствовала пальцев рук от холода. Она уже не задумывалась о том, в каком же жалком состоянии она находилась. Она тряслась от страха за собственную, впервые, наверное, за десять лет. Она могла только бояться и бессмысленно размахивать ногами.
— Так как держать? Она же брыкается, — удивился Колян.
— Я же её как-то держу! Вот и ты держи! Или каши мало ел, раз девку удержать не можешь?
— Я вообще кашу никогда не ел, — снова удивился парень.