Российский закон «О свободе вероисповеданий» был ещё более либеральным. Несмотря на своё название, он детально, в отличие от союзного акта, формулировал право именно на свободу совести (упорно именуя её «свободой вероисповеданий»), определяя её как «право каждого гражданина свободно выбирать, иметь и распространять религиозные или атеистические убеждения, исповедовать
255
любую религию или не исповедовать никакой и действовать в соответствии со своими убеждениями при условии соблюдения законов государства» (ст. 3). Ст. 9 оговаривала возможность факультативного преподавания религии в государственных учебных заведениях, о чём в союзном акте не упоминалось. Если в последнем разрыв с многолетней практикой контроля над религиозными организациями был не слишком радикальным, поскольку ст. 29 оговаривала существование Государственного органа СССР по делам религий, правда, ограничив его задачи исполнением информационных, консультативных и экспертных функций, то закон «О свободе вероисповеданий» в ст. 8 прямо запрещал создание исполнительных и распорядительных органов государственной власти, специально предназначенных для решения вопросов, связанных с реализацией права граждан на свободу вероисповедания.
Специальным постановлением Верховного Совета РСФСР о порядке введения в действие закона «О свободе вероисповеданий» от 25 октября 1990 г. на территории России было прекращено действие «Декрета об отделении церкви от государства».
Подходила к концу советская эпоха, лишь последние годы которой оказались свободны от попыток властных органов вести «борьбу с религией». В 1991 г. открылся совершенно новый период в отечественной истории, для которого, как казалось в его начале, не будет характерен традиционный разрыв между буквой закона и повседневной практикой, а принципы свободы совести, нейтральности государства в вопросах свободы вероисповеданий или убеждений, отсутствия каких-либо преимуществ или ограничений для одной из религиозных организаций по сравнению с другими приобретут отнюдь не декларативный, а реальный смысл. В какой мере эти надежды оправдались за прошедшие десять с лишним лет новейшей российской истории?
Глава 11. Свобода совести в современной России
В начале 1990-х гг. продолжалась активизация деятельности религиозных организаций, начавшаяся в конце предшествующего десятилетия. Число официально зарегистрированных религиозных объединений постоянно увеличивалось. В 1992 г. в РФ их было 4846, а в 1995 г. — уже 11532. Религиозные организации обрели такую внутреннюю свободу, которой они не имели никогда ранее в российской истории. Проводившиеся ими соборы, съезды, конференции уже не согласовывали свои предстоящие решения с властями и были избавлены от необходимости выражения ритуальных благодарностей в их адрес. Если не каждый день, то почти каждый месяц происходили события, далеко не всегда детально освещавшиеся в СМИ, но совершенно немыслимые на протяжении семи десятилетий советской истории. Наряду с известными фактами передачи верующим огромного числа культовых зданий, чтимых святынь, ранее хранившихся в музеях, можно привести и такие: к 1997 г. на территории России действовало около 100 медресе (по данным А. В. Малашенко), тогда как в советский период их было не более трех; в 1992 г. на базе детской клинической больницы в Москве был открыт центр по производству обрезания (сунната), а затем они появились и в других местах; в 1997 г. в посёлке Солнечное под Петербургом начал функционировать Управленческий центр Свидетелей Иеговы.
Всё это стало возможным во многом благодаря закону «О свободе вероисповеданий», превратившему свободу совести в реальное, а не декларированное, как в советскую эпоху, право. Важным шагом на пути её правовой фиксации было принятие новой российской Конституции на всенародном референдуме 12 декабря 1993 г. Действовавшая до этого времени Конституция РСФСР, после ряда уточнений, сделанных в 1991 г., уже провозглашала право не толь