Наиболее выдающийся представитель Северного Возрождения голландец Эразм Роттердамский (1469-1536), называя свою богословскую систему «философией Христа», сосредоточил внимание на исполнении человеком нравственных обязательств. Для него лишь те теологические проблемы и споры представлялись существенными, которые были связаны с практикой благочестивого поведения. Он утверждал, что тот, кто не знает, имеет ли Святой Дух одно или два начала, никогда не будет осужден, но «тебе не миновать осуждения, если ты не дорожишь плодами Духа — любовью, радостью, миром, долготерпением, дружелюбием, добротою... ». Видя сущность христианства не в тех или иных догматах, а в нравственном поведении, Эразм подчеркивал: «Ничто благочестивое, ничто ведущее к добрым нравам назвать нечистым или языческим нельзя!».
Отсюда следовало решительное отрицание Эразмом любого принуждения в духовных делах. Он выстраивал следующую логическую цепочку: все, что делается по принуждению, делается неискренне, а любая неискренность неугодна Христу. Голландский гуманист предлагал всем желающим привести мусульман к христианству действовать не мечом, а нравственным примером, а гонителей еретиков призывал ограничиться «кроткими убеждениями». Эразм сформулировал следующий принцип: «Справедливее справедливого, чтобы те, кто не желает стать жертвою насилия в делах веры, сами не чинили
65
насилия над другими». Впоследствии данный принцип (основанный, безусловно, на словах Христа: «Итак во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними... » Мф 7:12, Лк 6:31) получит более детальное развитие в трудах С. Кастеллиона и П. Бейля, посвятивших, в отличие от Эразма, проблеме религиозной толерантности уже специальные труды.
Испанские гуманисты Ф. де Витория (1492-1546), Б. де Лас Касас (1474-1556), X. Л. Вивес (1492-1540) выступали за исключительно мирные и ненасильственные способы христианизации американского континента. Наибольшую известность в качестве защитника индейцев приобрел В. де Лас Касас (1474-1556). В полемике с такими теологами, как Т. де Бенавенте (Мотолиния) и X. Хинес де Сепульведа, отстаивавшими тезисы о неполноценности индейцев по сравнению с испанцами и необходимости приведения их к христианству силой, Б. де Лас Касас, напротив, утверждал, что «все нации мира —люди», а индейцы, не зная учения Христа, тем не менее являются христианами «по природе», воплощая в себе все христианские добродетели. Насильственные методы утверждения католицизма, как подчеркивал испанский гуманист, будут способствовать лишь его отторжению туземной средой и приведут индейцев к выводу, что Христос—«самый жестокий из богов». Упоминавшиеся ранее «Новые законы» (1542-1543), несколько облегчившие положение аборигенов, по крайней мере отчасти были основаны на идеях Лас Касаса, которые тот при первой возможности излагал королевской власти.
Близкий друг и единомышленник Эразма Роттердамского английский гуманист Томас Мор (1478-1535) в своём получившем широкую известность произведении «Утопия» представил описание идеального общественного строя. Имя «Утопия», присвоенное Мором вымышленному острову, впоследствии стало нарицательным для обозначения описания как несуществующих стран с «образцовым» устройством, так и вообще всех проектов, содержащих представляющиеся практически нереализуемыми планы социальных преобразований. Утопия у Мора —это общество без частной собственности, где осуществляются всеобщий труд и распределение материальных благ по потребностям, при регулировании государством всей экономической жизни. Опыт XX в. убедительно демонстрирует, что реализация подобного рода идей на практике неизбежно приводит к полному развалу производственного процесса, а в политической сфере —к скатыванию к тоталитаризму. В защиту Мора можно сказать, что он, в отличие как от своих предшественников (Платон), так и тех, кто позднее будет пытаться претворить идеалы коммуни-
66
стической утопии в жизнь, отрицал возможность реализации своего проекта путем насилия.
Гуманистическая позиция Мора отчетливо проявляется при описании им религиозных верований утопийцев. Мор отметил их значительное разнообразие, но подчеркнул, что большая часть жителей острова верит «в некое единое божество, неведомое, вечное, неизмеримое, необъяснимое», причем «этот одинаковый бог у всех принимается по-разному». Узнав от европейских путешественников о христианстве, многие утопийцы приняли его. Но когда один из европейцев, проповедуя христианство, объявил приверженцев прочих культов нечестивцами и святотатцами, достойными наказания вечным огнем, то был подвергнут аресту и последующему изгнанию, так как «среди древнейших законов утопийцев имеется такой, что никому его религия не ставится в вину».