Внизу, в ресторане, уже вовсю копошились мои разноплеменные коллеги и примкнувшие к ним поставщики. Прикольно всё-таки наблюдать, как люди, постоянно митингующие за пользу бигмаков, придирчиво накладывают разнообразные деликатесы себе на тарелку. Есть в этом что-то от комсомольских вождей, устраивавших оргии после жарких собраний. У королевы бала, главной закупщицы Антонеллы, на тарелке красовались прозрачные ломтики хамона, несколько устриц, кусочек рокфора и пара клубничин. Вчера Шнайдер коротко познакомил меня с ней. Толковая дама. Единственная проблема – это наполовину вывалившиеся из орбит глазные яблоки. Именно эти выпученные (видимо, вследствие базедовой болезни) глаза делают её немного похожей на Надежду Константиновну Крупскую в молодости. А в остальном просто очаровашка.
Кто-то схватил меня за рукав. Господи, неужели Шнайдер? Сейчас отберёт тарелку с вкуснятиной и потащит жрать в ближайший «Макроналдс»…
Нет, слава богу, это Семён Марчук, директор по закупкам на Украине.
– Привёт, Лёш! Слышал, вы со Шнайдером ещё в пятницу прилетели. Ты еще жив после двух дней общения с шефом? Наверняка уже стал большим знатоком искусства!
– Да ладно, Сёма, не издевайся, я после вчерашнего музейного марафона едва стою на ногах.
– Бедненький. Могу себе представить, как этот монстр тебя ухайдакал! Ничего, отдохнёшь сегодня на заседаниях. Я уже проверил, кресла мягкие. Главное – не заснуть.
– Кстати, знаешь, где мы вчера обедали?
– Ну, подозреваю, что в каком-нибудь дорогом кабаке.
– Да уж куда круче. В «Котлетном Короле».
– Вааау! Виталик превзошёл себя! Я смотрю, повеселились по полной программе. Ладно, я побежал в номер, мне ещё портупею почистить надо. Увидимся на открытии.
Гигантский конференц-зал «Шератона» подчёркивал масштабность мероприятия. Подходящие для любой, даже самой большой задницы мягкие кресла пролетарской раскраски. Отделанная недешёвым деревом сцена с массивной трибуной. И самое главное – громадный экран, на котором в качестве прелюдии крутят ролик о любимой компании. Помеченные бэйджиками с неизменной буквой «М», участники потоками от трёх дверей устремились в зал. На экране появился переливающийся всеми цветами радуги символ компании, и я на миг представил, что нас, как стадо быков с бирками, ведут к нему на заклание. Сейчас эти люди под музыку поднимутся на сцену и их поглотят две сиськообразные золотые арки на экране. А на смену им будут пребывать всё новые и новые люди, жаждущие слить свою маленькую грешную сущность с бессмертной сущностью великой империи…
– Алё, мыслитель! Мы тут с тобой все лучшие места профукаем! – сердито схватил меня за руку Шнайдер. – Первая сессия самая важная: будут выступать все наши главари. Хотя вторая тоже обещает быть прикольной – раздача слонов особо отличившимся. Вот, кстати, три козырных местечка. Маринку посадим на тринадцатое: нехрен опаздывать.
И вот наконец отскрипели последние сиденья, и рядом со мной на своём почётном тринадцатом месте уселась ещё не отдышавшаяся Круглова.
– Мне из-за твоих засосов пришлось косынку повязать, негодяй ты этакий, – прошипела она мне в ухо. – Придётся этой ночью вернуть тебе должок…
На сцену энергичной мужской походкой поднялась Антонелла. Когда же она, радостно обведя взглядом зал, с силой махнула своей жидковатой гривкой, моё сердце сжалось от ужаса. Казалось, глаза её не выдержат такой резкой встряски и, вывалившись из глазниц, глухо стукнутся об пол и покатятся по сцене. Я даже ярко представил себе эти два мягких, ещё тёплых шарика.
Да, с пьянками надо срочно завязывать!
– Дорогие друзья! Я рада приветствовать вас на конвенции поставщиков компании «Макроналдс»!
Аплодисменты.
– Я говорю «друзья», а не «дамы и господа», потому что здесь собрались не просто поставщики или коллеги, а именно друзья. Друзья компании «Макроналдс»!
Овация.
– Отдельных друзей я бы за ногу да об стенку, – не снимая с лица умильной улыбки, заметил Виталий.
– Как любил повторять основатель нашей компании Дэн Джонс, – (поклон в сторону старого хитрована на непременном портрете), – мы образуем одну систему вместе с нашими поставщиками. Все компоненты этой великой системы тесно связаны между собой. И хорошо нам может быть только вместе.
– Как говорит любимый герой моей дочери, кот Матроскин, совместный труд для моей пользы объединяет, – хихикнула Марина.