– Погоди, но ты же летишь на собственном самолёте. У тебя там есть факс?
– Есть.
– Ну, вот и договорились. Нас вполне устроит факсовая копия.
Да, для господина Батлера «Макроналдс» не просто заказчик. Это его жизнь…
Через ряд от нас расположился со своей многочисленной свитой старый Луиджи Манзини. Этому товарищу сильно за семьдесят. Его отличительные черты: голубые дымчатые очки а-ля кот Базилио и абсолютное незнание какого-либо языка кроме итальянского. Впрочем, на кой хрен ему этот иностранный язык, если рядом сидит длинноногая переводчица, которая, судя по всему, языком владеет виртуозно. И вообще, роль у старого Луиджи теперь уже больше представительская: в основном, общение с руководством мафиозных структур и прочими персонажами фильма про комиссара Каттани. А когда-то Манзини создал крупнейшую ныне в южной Европе мясную империю. С собственными бойнями и фермами. С котлетно-колбасными заводами и складами. От руководства бизнесом сеньор Луиджи отошёл несколько лет назад, и теперь всем рулят два его сына со звучными итальянскими именами – Антонио и Чезаре. Оба великовозрастных мальчика смотрят на папу так, будто сейчас схватят его волосатую лапу и будут взасос целовать перстень. Сейчас семья Манзини строит громадный завод под Питером, половина мощностей которого будет занята под производство наших котлеток. Когда я недавно посетил эту стройку, Чезаре с гордостью показал мне огромное помещение в подвале здания: «Здесь будет наш винный погреб. Для папы!»
Всякий раз, когда я вижу этого престарелого основателя династии, меня подмывает задать вопрос, которым советские журналисты начала перестройки обожали помучить видных западных буржуев: «А вам не стыдно быть миллионером?»
Да, учитывая солидный контракт, который я на прошлой неделе подписал с группой «Манзини», у Луиджи тоже, мягко говоря, есть повод любить нашу компанию. Кстати, пообщаться с Луиджи любит даже сам Рустам. То ли из-за его рельефных ассистенток, то ли из-за интереса Рустама к мафиозно-мясной теме. А может, просто нравится человеку помучить итальянского олигарха. А что, забавное, скажу я вам, занятие…
Между тем партконференция, пардон, конвенция, шла своим ходом. Антонелла под бурные, переходящие в овацию аплодисменты покинула сцену, объявив следующего участника регаты, президента «Макроналдс» в Европе, господина Жака Ломанье.
Главным элементом французского тела Жака, без сомнения, были руки. Они то почти непроизвольно заламывались, то разъезжались в стороны, а то и вовсе хватались за сердце. То есть жили своей собственной жизнью, никак не связанной с медлительно-задумчивым лицом. Как мне рассказала Марина, Жак – первый неамериканец на европейском престоле. Первый европейчик, завоевавший доверие заокеанских кураторов. И первым его серьёзным шагом на новом месте был перевод ресторанного персонала на новую форму одежды. Вот уж действительно – настоящий француз! Продажи, понятное дело, от этого мероприятия особо не выросли, зато шуму было много. Но форма эта хотя бы наверняка была местного производства, тогда как все без исключения сотрудники российских ресторанов одеты в одёжку «мэйд ин чайна». Что называется, привет российской лёгкой промышленности…
После нескольких проникновенных фраз про сэстэйнэбилити президент перешёл к раздаче слонов. Номинаций было всего пять, из которых на меня наибольшее впечатление произвели две первые: «За преданность системе» и «За высокое качество». В роли ведущего месье Ломанье смотрелся вполне убедительно, уверен, на московских корпоративах он бы пользовался бешеной популярностью.
Самым преданным поставщиком оказался «Юргенс Лоджистикс», наш основной провайдер логистических услуг. Ещё бы эти ребята не были преданными – «Макроналдс» делает девяносто девять процентов их бизнеса! Недавний переход на работу с ними в России был для меня настоящим ночным кошмаром. Мало того что они круто опоздали с запуском своего распределительного центра, так ещё и умудрились сорвать чуть ли не все поставки в рестораны в течение первого месяца. Марина ежедневно поила меня валокордином. Шэрон лично распинала нас по несколько раз в день, в то время как «юргенсы» с невинным видом разводили руками и ссылались на неожиданную местную специфику. Короче, полная преданность системе! А может, русский «Макроналдс» в данном конкретном случае в систему не входит…
На сцену вылезли несколько здоровенных мрачных немцев с наспех наклеенными улыбками. Мне даже стало немного жаль Жака, протянувшего свою хрупкую галльскую ручку для крепкого тевтонского пожатия.
Премию за качество вручили семейству Манзини. Старый Луиджи умудрился вытащить свою смазливую переводчицу с собой на сцену. То ли сынкам было в падлу попереводить батьке, то ли он просто хотел всем продемонстрировать, что у него есть. В свете сентябрьского косяка с просроченными котлетами, вторая премия тоже выглядела весьма одиозно в глазах нашей русской фракции. Политика двойных стандартов в действии!