То ли помог совет опытного товарища, то ли полный любви и жалости взгляд Маришки из-за блюда с молочным поросёнком, но стакан проскочил в пункт назначения довольно легко, и через минуту по плечам стало растекаться пьяное тепло. А Гена ещё минут пять строил целочку с бокалом в руке, чем ещё больше разжигал охотничий инстинкт Хозяина и его своры.
– Ты посмотри, вон Литвинов стакан засадил и не жужжит. Можно сказать, испытательный срок прошёл. А ты, горилла, небось весишь в два раза больше него, а ломаешь тут комедию.
Наконец и Гена покончил со своей дозой, закашлявшись под конец к вящему удовольствию весёлой компании.
Во время этого действа обитатели соседних столов с восхищением и завистью наблюдали за забавами небожителей. Глаза ресторанного люда горели неподдельным счастьем от причастности к тайнам великих мира сего.
Дальше была официальная часть. Наш крепкий начальственный коллективчик в полном составе бодро взбежал на сцену под грохот корпоративного марша. Эйчар-директор, Наташа Тумасова зачитывала по списку имена ветеранов, выживших после пятнадцати лет работы в компании, а Рустам вручал каждому коробочку с часами Longines и непременной буквой «Му» на циферблате. Затем обкончавшийся от счастья юбиляр-награждаемый проходил через наш маленький строй и в зависимости от пола либо ручкался, либо целовался с каждым из нас. На мою беду, большая часть долгожителей были женского полу, и по окончании церемонии я задыхался в облаке дешёвого парфюма пополам с перегаром, а щёки мои были сплошь проштампованы жирной помадой.
– Дорогие друзья! – прокричала Тумасова в мокрый от слюней предыдущих ораторов микрофон, когда все слоны были уже розданы. – А теперь перед вами выступит великий и неподражаемый, наш любимый……. ДИМА БИЛАН!!!
На последних словах «друзья» взревели, как стая бабуинов или толпа пьяных доярок в колхозном клубе.
Дима был, как всегда, бесподобен. Его роскошный торс в кубиках пресса и дорогом загаре, а также обтянутая драной джинсой вихлястая попа безотказно действовали на целевую аудиторию. Я вспомнил, как недавно Тумасова плакалась, что этот мелкий негодяй разорил компанию на полтинник зелени. Считай, две фуры мороженых булок ухнули в пропасть…
– Кстати, а вы в курсе, что за нашим столом сидит настоящая фанатка Димы? – Если бы не ярко-зелёные линзы, Кира Тарчевская в данный момент могла бы сойти за Павлика Морозова.
– Знаем, знаем. Исключительно благодаря тебе, дорогая! – отозвалась через стол Марина. – И, если честно, я не вижу ничего дурного в том, что Ритке Фоминой нравится Билан.
– Ну, конечно, всё нормально. Просто Фомина на старости лет седину закрашивает, а беса в ребре не утаишь. – Шутку Олег Белицкий явно приготовил заранее.
– Нет, я согласна, – продолжила тему Кира, когда командный смех коллег немного утих, – у всех свои вкусы. Я вот, например, люблю Beatles и Queen. Но ездить за ними в отпуск с охапками цветов куда-нибудь в Великий Устюг, это sorry…
Я ласково посмотрел на Тарчевскую:
– Кира, во-первых, твои кумиры, в отличие от Димы Билана (тьфу-тьфу-тьфу!), давно померли. А, во-вторых, даже будь они нынче живы-здоровы, вряд ли попёрлись бы в Великий Устюг. Тем более что при всей его великости нефти и газа там, вроде, пока не нашли…
Открывшую свой очаровательный ротик для полемики Киру перебил Хозяин.
– Вы чего девку затыркали? Смурная сидит вместо того, чтоб от любимого Димы переться. Давай, Фомина, шуруй поближе к сцене. А наш вышибала, – кивок в сторону Гены, – поможет тебе дорогу между этими дурами проложить. Кстати, на столе сегодня плясать будешь?
– Ну, Рустам! – нервно засмеялась виновница дискуссии. – Это же всего два раза было…
– Да ладно, не страдай, сегодня тебя мучить не будем – народу больно много.
Я толкнул локтем Гену:
– А что, она, правда, на столе плясала?
– Да ты, батенька, будто из Оклахомы приехал. Ещё как отплясывала! Единственное, чего я на наших гулянках пока не наблюдал, так это бои амазонок. Кстати, надо бы Хозяину идейку подкинуть. Я лично буду ставить на Кирку…
К третьей песне звезды весь наш директорский корпус, за исключением президента, Фоминой и ещё двух-трёх членов, потихоньку перебрался в курилку у туалетов. Здесь, конечно, резало глаза от дыма, а носом было лучше вообще не дышать, но зато уши пребывали в состоянии полного безбиланного кайфа.
– Ну что, чуваки, один Новый год, считай, пережили. Осталось день простоять да ночь продержаться, – устало хохотнул Белицкий.
– Так всё самое интересное ещё впереди, – улыбнулся Гена. – Кстати, Лёха, послезавтра гуляет офис, так что очень рекомендую надеть галстучек попроще.