А я… Не знаю, почему он выбрал именно меня. Хочется думать, что я особенная. Сначала Кирилл – знаменитый на всю страну исполнитель, а теперь Давид. Не знаменитый, но богатый, наверняка успешный и до умопомрачения сексуальный.
Когда мы приехали, сестры дома не оказалось, хотя она планировала вернуться утром. Видимо, у них с Максом тоже все сложилось очень хорошо, раз они решили задержаться на даче.
– В холодильнике мышь повесилась, – смеюсь.
– Кроме меня, тут, видимо, никто есть не хочет, – ухмыляется Давид.
Будто по сигналу, у меня в животе начинает дико урчать. Смущенно улыбаюсь и захлопываю холодильник.
– Поехали прокатимся, – с улыбкой произносит парень.
Долго уговаривать меня не нужно.
Быстро переодеваюсь в легкое платье и укладываю нормально волосы. Выходим с Давидом из квартиры, и от радости и осознания того, кто идет рядом, чуть ли не вприпрыжку следую за парнем к его тачке.
Пока мы едем по улицам столицы, обгоняя одну машину за другой, смотрю в окно и не в силах сдержать улыбку.
Теряю счет времени и выхожу из задумчивого состояния, как только оказываемся в центре. Парень паркует машину на стоянке возле кафе. Заходим внутрь уютного помещения и занимаем столик около окна. К нам сразу же подходит официант и принимает заказ.
– Уверена, ты готовишь намного лучше, – решаю сделать Давиду комплимент, когда мне приносят какой-то непонятный салат.
– Я думаю, с тебя достаточно на сегодня моих способностей... кулинарных, – подмигивает.
Заливаюсь краской. Разве что на сегодня…
– Если я так буду завтракать, то точно никогда не поправлюсь.
– У вас это семейное – сидеть на диетах?
Мы все еще о сексе или уже о еде?
Пожимаю плечами:
– Регина, по-моему, вообще не ест, – издаю смешок, – ты плохо следил за ней. Мог бы уже давно откормить.
– За ней сложно уследить. А чтобы накормить, вообще пришлось бы использовать наручники или веревки, но они остались у меня дома, – расплывается в улыбке. Потом, немного подумав, добавляет: – Это Арти у нас бесстрашный заклинатель змей. Регина ест только приготовленное его руками. Он, видимо, знает, чем они питаются.
– Мы с Региной, конечно, много лет не общались, и сейчас я только начинаю ее заново узнавать, но она точно не змея, – смеюсь. – Надо тебя с нашей маман познакомить. Вот кто настоящая змея.
На самом деле я бы ни за что не познакомила со своей мамой хотя бы одного знакомого. Не говоря уже о парне. Она бы обязательно опозорила меня, даже если бы попыталась сыграть роль заботливой и любящей мамаши.
– Я с ней знаком... заочно, – морщится.
– Думаю, этого достаточно, – улыбаюсь, – она такой человек... В общем, лучше держаться подальше, если дороги нервные клетки. Я даже Кирилла с ней не знакомила... – замолкаю, вспомнив о бывшем парне.
Странно, но больше не чувствую той боли, тоски и злости, которая преследовала меня с момента, как я узнала о новой девушке Кирилла. На их месте остался лишь неприятный осадок и обида.
– Твой парень, вижу, тоже не особо старается тебя откормить, – уже серьезнее говорит, отрывает взгляд от своей чашки и пристально смотрит на меня.
Аппетит моментально пропадает. Давид же не знает, что мы с Кириллом больше не вместе…
– Он нашел кого откармливать вместо меня.
– Видимо, поет он лучше, чем готовит, – улыбается и подмигивает, – если даже тебя был не в состоянии накормить.
В ответ только улыбаюсь и ухожу в себя, снова поддавшись нахлынувшим воспоминаниям. Я скучаю по концертам, по шумным и веселым парням из группы Forward, по тому драйву и взрывной энергетике, которую ребята дарили своим фанатам.
Чувствую вибрацию в кармане. Достав телефон, смотрю на экран:
«Я вся горю от нетерпения узнать пикантные подробности», – пишет Оля.
Быстро набираю ответ: «Позже поговорим. Мы в кафе».
– Можно твой телефон? – внезапно спрашивает Давид. – Маме позвонить, – уточняет и улыбается.
– Конечно, – протягиваю мобильник.
Как только он оказывается в руках парня, снова приходит сообщение.
Только бы Давид не прочел! Только бы не прочел!
Но, к моему ужасу, он начинает читать вслух:
– Надо было лучше искать наручники, Суслик, и не выпускать его из комнаты, – смеется и поднимает взгляд на меня. – Я тебе говорил, где они лежат.
В долю секунды мои щеки вспыхивают от смущения.
Телефон снова сигнализирует о входящем сообщении:
– В горизонтальном положении не так ощущается разница в росте? Кстати, о РОСТЕ... Ты там как, Суслик, жива?
Резко вскакиваю и пытаюсь вырвать из рук Давида свой смартфон. Убью Олю! Убью!