Так ненормально устроена наша жизнь: всегда от кого-то будешь зависеть, всегда кто-то должен стоять рядом, чтобы поддержать, подстраховать и не дать тебе рухнуть вниз. Как бы высоко мы ни взлетали, насколько бы ни были уверенны в своих силах, нам нужен тот, кто скажет: «Не бойся. Я здесь. Я поймаю».
А есть ли в моей жизни такой человек?
Раньше я бы, не задумываясь, назвала имя лучшей подруги, а сейчас… Такое чувство, что я осталась абсолютно одна. Против всех и самой себя. Стремительно лечу вниз, не пытаясь замедлить соприкосновение с землей, ухватиться за кого-нибудь или что-нибудь. Просто даю себе разбиться. Говорят, что чем ниже падаешь, тем меньше чувствуешь боль. Где же тогда эта точка отсчета? Где оно – мое «ниже», после которого я перестану ощущать себя в объятиях адского пламени; закончу, наконец-то, выгорать изнутри?
Слегка вздрагиваю, когда слышу веселый громкий смех. Парень, видимо, все-таки бросил попытки поставить девушку на ноги и усадил ее на скамейку напротив меня. Улыбаюсь и наблюдаю, как яростно длинноволосая брюнетка стягивает с себя ролики и переобувается в кроссовки.
Наверное, иногда стоит поступить подобным образом: избавиться как можно скорее от того, что грозится обернуться травмами и не дает спокойно двигаться дальше.
Поднимаюсь со своего места и расправляю складки на платье. Может быть, и правда самый верный способ уничтожить Давида в моей голове – всего-навсего заменить его Максом? Только как? Вопрос не из легких.
Пока думаю, как бы расторгнуть договор без непоправимых последствий для меня, читаю смс от Лары и Максима. Около самого подъезда, сделав максимальное усилие над собой, решаю позвонить отцу, который оставил несколько голосовых сообщений.
– Регина, – отвечает спустя пару секунд. – Что с твоим телефоном? – раздраженно спрашивает.
– Извини, была занята, – говорю папе.
– Надеюсь, поиском подходящего платья для завтрашнего вечера. Ты должна блистать и соответствовать нашей фамилии.
Конечно. Еще и нацеплю на себя все имеющиеся бриллианты, чтобы… блистать.
– Я не смогу тебя сопровождать, – твердым голосом проговариваю.
– Я не спрашиваю, можешь ты или нет! – рычит в трубку.
– Пап, прошу прощения, что не оправдала твои ожидания. Я обязательно пришлю свои поздравления и пожелания Роману Васильевичу.
– Ты упускаешь такую возможность! – сокрушается отец.
– Как и всегда, – вырывается смешок. – Пока, папа.
– Регина! Я не закончил!
– А я закончила, – смеюсь, когда нажимаю на кнопку завершения вызова и кидаю телефон в сумочку, вновь отключив звук.
Делаю глубокий вдох, выходя из лифта. Захожу домой и прислушиваюсь к звукам в квартире. Подпрыгиваю, когда из кухни практически бесшумно выходит Давид.
Черт!
– Привет, солнышко, – с улыбкой говорит и убирает свой iPhone в карман джинсов. – Как отдохнула? – смотрит на меня и опирается о дверной косяк.
Быстро пробегаюсь глазами по парню, пытаясь понять, в каком настроении пребывает бывший. Он кажется расслабленным. На лице непривычная для парня щетина, а волосы в еще большем беспорядке, чем обычно бывает. Неизменным осталось одно – идеально сидящая на нем белая футболка.
– Соскучилась? – растягивает губы в ухмылке, когда ловит на себе мой взгляд. – Хочешь, подарю тебе фото? На память. А то она тебя в последнее время сильно подводит, – не дает мне отвести глаза в сторону.
– Привет, – наконец, говорю, – спасибо, отдохнула отлично, – снимаю туфли и иду в свою комнату.
– Ты помнишь, что еще существует контракт? – долетает до меня голос Давида. – Это такая бумажка, в которой прописано, что ты должна делать, – догоняет практически у самой двери и преграждает путь рукой.
И не забывала.
Разворачиваюсь и поднимаю глаза на обманчиво спокойного Давида.
– А в нем есть смысл, Давид? – с легкой улыбкой спрашиваю парня.
Он опускает руку, которой до этого держался за дверной косяк, и хватает меня за запястье. Медленно проводит пальцами вверх, наклоняется и полушепотом произносит возле моего уха:
– Ты же хотела выиграть? Так играй, Регина.
Пара секунд – и спина соприкасается с твердой поверхностью стены. Боюсь даже поднимать глаза, когда ощущаю горячее дыхание на своей щеке.
– Я хотела, чтобы ты свалил из моей квартиры! – цежу сквозь зубы. – И больше не появлялся. Никогда! – Захват на моем запястье становится сильнее. – Мне больно, Давид. Отпусти!