– Спи, – со смешком отвечаю, а сама не могу отвести взгляд от парня.
Он, как и я, кажется уставшим. Не физически, хотя и это тоже, учитывая тот факт, что Давид практически не спал всю прошлую ночь и не отдыхал днем, работая за компьютером почти до самого вечера.
Тем не менее, не открывая глаза, сейчас притягивает к себе и углубляет поцелуй. Чувствую, как тело откликается, но отрываюсь и провожу по спутанным кудряшкам рукой. Получаю в ответ что-то нечленораздельное. Улыбаюсь и, собрав всю силу воли в кулак, поднимаюсь с постели.
Не хочу уходить, но должна. Обязана. Если уйду, у меня опять будет ломка, а останусь – передоз. Выбираю первое. Уже знаю, какая боль за этим последует. Я готова к тому, что то была игра, но не готова услышать это от Давида. А если нет...
Следующий ход за тобой, Давид. Теперь ты знаешь, где меня найти.
Поднимаю с пола и надеваю на себя рубашку, которую, вопреки помешательству парня на порядке, он так и оставил валяться под ногами. Этот запах морского бриза, смешанный с моими духами, лишний раз напоминает о том, что мы вчера были вместе. Как прежде. Будто нас перекинули на несколько лет назад. Именно в такого Давида я влюбилась: до невозможности нежного и выбивающего воздух из легких своим напором. Не дающим дышать кем-то другим, кроме него самого.
Оглядываюсь в поисках своих вещей и не могу вспомнить, что и где лежит. Точнее сказать, валяется. Забираю свой чемодан, оставшийся стоять около шкафа, и выхожу из комнаты практически на цыпочках, чтобы не нарушить сон парня. Смеюсь, когда наступаю на свое платье, непонятной кучей раскинутое у стены напротив кабинета. Поднимаю взгляд и испускаю смешок. Удивительно, как картина, наклонившаяся на один бок, не приземлилась мне на голову. Давид не рассчитал высоту своего и моего роста, когда поднял меня и припечатал к стене.
Слайды в голове моментально заставляют тело отзываться ноющей, но приятной болью. Это был страстный танец моего безоговорочного поражения.
Черт, Давид, с тобой действительно как в адском котле.
Жарко, ярко, мучительно, но дьявольски сладко и невообразимо греховно.
Захожу в ванную и смотрю на свое отражение. Как, оказывается, мало нужно женщине для того, чтобы ее глаза сияли, словно чертовы бриллианты под палящим солнцем. Губы пылают оттого, что их почти безотрывно целовали. Волосы, совсем недавно крупными локонами спадавшие на плечи, походят на бесформенное и растрепанное нечто, больше пригодное для проживания птиц. Скидываю рубашку, и почти удается не выматериться вслух. На груди красуются потемневшие отметины, какие Давид не поленился оставить. Как подросток, ей богу!
Так не хочется идти под душ и смывать с себя убийственный коктейль из запахов, буквально въевшихся в кожу. Но я не выдержу, если еще дольше оставлю на себе напоминание о прошедшей ночи.
Включаю воду на максимум и встаю под почти ледяные струи. Стискиваю зубы от температуры, но должна выдержать. Контраст настолько сильный с тем, что у меня внутри. Начинаю дрожать. Мне нужно прийти в себя. Получается? Нет. Бесполезно.
Решаю бросить дурацкую затею, от которой нет никакой пользы. Быстро сушу волосы и иду обратно в комнату за своим мобильным. На экране мигает значок непрочитанных входящих сообщений. Обращаю внимание на время: половина второго. Если потороплюсь, успею на ночной рейс до Москвы.
Машинально поворачиваю голову, когда слышу, как шуршит одеяло. Давид перекатывается на мою сторону кровати и обнимает подушку. Такой милый. Запредельно прекрасный и отчаянно любимый.
В последний раз взглянув на парня, выхожу из комнаты, забрав с собой телефон и ключи, но оставив гораздо больше, чем просто воспоминания об этой ночи.
Я буду ждать тебя... Даже если ты придешь вбить в мое сердце последний клинок.
***
– Что у вас за привычка с Ларисой прилетать рано утром? – бубнит Валера и допивает из бумажного стакана кофе.
– Извини, – говорю мужчине. – Я просто взяла не те ключи, – виновато улыбаюсь.
По какой-то идиотской ошибке я схватила с тумбочки ключи от питерской квартиры, а не от своей собственной. На предполетном досмотре, когда вывалила содержимое сумочки, обнаружила эту оплошность. Пришлось в срочном порядке набирать сообщение Валере и молиться, чтобы мужчина не отключил свой телефон, иначе ночевать бы мне на лавочке возле дома.